Кошмары Серебряных прудов

На протяжении всего этого разговора он как-то ловко и очень настойчиво теснил нас обратно к крыльцу. Нам оставалось лишь пятиться. Когда мы поравнялись со входом в дом, дверь распахнулась. По ступенькам сбежала Жанна.

— Ребята, я все. Пошли?

Я оглянулся. Рыжего мужика нигде не было.

— Пошли, — мигом исправилась речь у Макси-Кота.

— До свиданья, Пелагея, — помахала рукою стоявшей на крыльце колдунье Жанна.

— Спасибо! — крикнули мы с Максом.

— Заходите, если чего! — прокричала нам вслед она. — Дорогу знаете.

Дверь захлопнулась. Едва мы вышли в переулок, Жанна с волнением сообщила:

— Я рассказала ей про Толяна. Ну, естественно, только о том, что он вернулся.

— А она? — спросил Макси-Кот. Жанна, совсем как Пелагея, насупила брови и голосом Пелагеи произнесла:

— И все? — удивился я.

— Все, — кивнула Жанна. — Больше Пелагее почему-то на эту тему разговаривать не захотелось.

— А мы с ее мужем познакомились, — похвастался я.

— Пелагеиным мужем? — изумилась Жанна. — Разве он у нее есть?

— Оказывается, да, — кивнул я. — Зовут Борисом Фелиферовичем.

— Рыжий, одноглазый и без уха, — перечислил особые приметы мужа колдуньи Макси-Кот.

— Но это же Барсик, — охнула Жанна. — Вы что, надо мной смеетесь?

— И не думаем, — очень серьезным тоном изрек Макси-Кот. — Но это не главное. Вот. Поглядите.

Он раскрыл перед нами ладонь. На ней ярко поблескивала под лучами солнца диковинная шестиугольная золотая монета.

— Откуда? — не мигая, разглядывала монету Жанна.

— В сарае на топчане нашел, — принялся объяснять Макси-Кот. — Видимо, этот гном-миллионер все-таки что-то посеял от своих миллиончиков.

— Выходит, Толян не врал, — прошептала Жанна.

Взяв в руки монету, я начал внимательно ее разглядывать. Ни разу таких не видел.

— Как ты думаешь, — посмотрел я на Макса, — в какой стране такие делают?

— Да, похоже, где-то на Востоке, — ответил Кот. — Видишь, какие буквы странные. Ничего, разберемся. Съездим в магазин «Нумизмат» на Таганке, там нам наверняка все про эту монету расскажут.

Съездить-то мы съездили, но так ничего и не выяснили. Оказалось, подобных монет никто никогда не видел. А многочисленные надписи на ней не относились ни к одному из известных науке языков. Как современных, так и древних. В магазине, конечно, очень заинтересовались монетой. И сперва долго расспрашивали, откуда она у нас, а когда Макси-Кот нахально соврал, что это семейная реликвия, предложили отдать на экспертизу, но мы категорически отказались. Торопиться нам некуда. Можно сказать, вся жизнь впереди. Может, когда-нибудь и удастся выяснить, откуда она появилась.

С той поры жизнь у всех нас вроде бы вошла в привычное русло. Жаннина мама вернулась домой и даже начала ходить на работу.