Кошка, живущая на крыше

Он сделал движение, чтоб подойти ко мне, уже заходящей в сопровождении мамуленьки и Юрика в квартиру, но я еле заметно качнула головой, понимая, что его маме и так досталось, и дополнительного знания того, что ее несовершеннолетнего сына развратила соседка, пока что не надо. А то, мало ли... Потом, как-нибудь... Сколько там ему до восемнадцатилетия осталось? Вот тогда.

Моя маленькая квартира встретила меня тишиной и привычными запахами. И это отчего-то было настолько оглушающе, что я просто замерла на входе в комнату. Перехватило дыхание, глаза заслезились. Буся мимо меня спокойно прошла к дивану, запрыгнула туда и улеглась с таким видом, словно и не произошло ничего. Словно не было в нашей с ней жизни этих ужасных дней, боли, страха, непонимания... Словно это все сон, дурацкий, страшный сон. И теперь я проснулась. И вижу свою маленькую комнату, с панорамными окнами и гирляндой, которую я забыла отключить перед уходом, с солнечными лучами, заливающими пространство, с креслом-качалкой, на котором так уютно лежит старый вязаный кардиган. И мой рабочий стол. И мои книги. И мой компьютер. И моя чашка у клавиатуры.

- Милая... Катенька... - мама аккуратно тронула меня за локоть, заглянула в глаза немного испуганная моей реакцией.

Я перевела взгляд с компьютера на маму, а затем обратно:

- Мама... Можно, я... Мне надо сейчас...

Я прошла к столу, запустила комп, вывела на экран макет. И на меня из непрорисованных глубин глянула Кошка. Понимающе и немного надменно. С ожиданием.

Я села за комп. Положила руку на мышку. И улыбнулась своей трудной и любимой Кошке. Которая в этот раз обязательно покажется.

""... чуть настанет ночь и взойдет луна, сейчас же она говорит: “Я, Кошка, хожу, где вздумается, и гуляю сама по себе”, – и бежит в чащу Дикого Леса, или влезает на мокрые Дикие Деревья, или взбирается на мокрые Дикие Крыши и дико машет своим диким хвостом... А затем возвращается обратно в тепло дома  и до утра мурлычет свои песни... Потому что кошки, мой мальчик, всегда возвращаются туда, где им тепло, какими бы дикими они не были..."" (ц. измен.)

Вит

- Теть, а теть...

Вит, ощущая полное и окончательное дежавю, сидел , привалившись к стене и тянул свою привычную дразнилку. Стена молчала. Вот уже два дня практически. Вредная какая Кошка! Ну надо же! После всего, что между ними было, после того, как он жизнью своей рисковал, между прочим!

И опять - в игнор! Коза, а не Кошка!

- Теть, ну я знаю, что ты там... Давай поговорим, а? Ну прости  меня, теть... Я же не специально...

Тут об стену привычно, до сладкой боли во всем теле, грюкнула железная тарелка, и раздался возмущенный визг:

- Не специально??? Ах ты... Гад малолетний!

- Теть... Ну это не смешно уже... Я же тебе паспорт показывал...