Корсар

Биржевые маклеры собирались в кофейнях «Джонатанз» и «Гаррауэй» в Корнхилле. Мне хватило посещения первой. Там было многолюдно и шумно. Я заплатил пенни пухлой блондинке с оплывшим лицом, которая стояла за узкой стойкой, держась правой рукой за кофейник емкостью литров пять, а левой протирая мокрой тряпкой его днище. Нашел столик, рядом с которым был свободен один трехногий табурет. За столиком сидели пять человек разного возраста в шляпах разного фасона и курили одинаковые глиняные трубки молча. Наверное, пытались таким образом сойти за умных. В таверне или пивной подсаживаться к незнакомой компании было не только неприлично, но и рискованно, а в кофейне — пожалуйста. Едва я сел, официант — белокурый юноша лет пятнадцати, похожий на хозяйку и одетый в великоватый белый передник, украшенный в нескольких местах пятнами кофе — поставил передо мной небольшую оловянную чашку с горячей черной бурдой.

Я отодвинул чашку, окинул взглядом всех пятерых и обратился к тому, которого счел старшим по возрасту, обладателю мощного небритого подбородка:

— Почем сейчас акции Ост-Индской компании?

— По шестнадцать шиллингов семь пенсов, — не задумываясь, ответил он. — Сильно подешевели в последнее время из-за французских корсаров. До начала войны дешевле пятидесяти шиллингов не торговались, — добавил маклер, затянулся и выпустил клуб табачного дыма.

Четверо коллег, словно подтверждая его слова, тоже добавили синеватого дыма над нашим столом.

Я знал, что акции скоро опять подорожают, причем сильно, что компания просуществует долго и принесет своим акционерам неслыханные дивиденды.

— Много их сейчас в продаже? — задал я второй вопрос.

— Хватает, — ответил маклер, опять выпустив дым. — Если купите на большую сумму, продавлю скидку на пару пенсов.

— Большая сумма — это сколько? — задал я уточняющий вопрос.

— От сотни фунтов, — ответил он и с улыбкой посмотрел на своих четверых коллег, словно давал понять, что сто фунтов стерлингов — неподъемная сумма для меня.

Они все пятеро шумно затянулись и выпустили столько дыма, что хватило бы окутать меня с головы до ног. На мое счастье, дым сразу поплыл вверх и в сторону входной двери, открытой новым посетителем.

Курс фунта стерлингов колебался от десяти до двенадцати ливров. Из-за действий французских корсаров экономика Англии пошла вниз быстрее, чем у ее врага, поэтому сейчас десять ливров свободно заваливали один фунт.

— А если покупать на тридцать тысяч? — спросил я.

— Фунтов? — уточнил маклер, вынув трубку изо рта.

Его коллеги сделали то же самое.

— Не пенсов же! — усмехнувшись, произнес я.

— Если быстро покупать, то цена резко полезет вверх. Надо растянуть недели на две-три, — быстро протараторил маклер.