Бумажный занавес, стеклянная корона

Ничего не вышло, разумеется. Никто не пришел, кроме охранников.

И сфера теперь таяла, как ледышка на солнцепеке.

Почему-то быстрее всего это происходило в присутствии следователя, представившегося Макаром Илюшиным.

Нет, не следователя. Всего лишь частного сыщика.

За десять минут разговора Решетников возненавидел его. В нем чувствовалась та же едкая ироничность, что была в отце. Только этот ее не выпячивал. Наоборот: смотрел серьезно, кивал понимающе. Но Андрей знал: сфера не обманывает. Этот человек отвратителен и опасен.

Закрыться от его взгляда внутри сферы больше не получалось.

Значит, надо отвлечь.

К счастью для Решетникова, Макар задал ему подходящий вопрос.

– Медведкина его убила, – повторил Андрей. – Джоник был в курсе ее побочных заработков. Он бы всем рассказал. А для нее это крест на карьере. Да и в целом на хорошей жизни.

И сыщик клюнул. Переглянулся со своим туповатым приятелем, подался к Андрею.

– А вот с этого момента, если можно, поподробнее.

Подробнее Решетников мог. Это всегда пожалуйста! Правду говорить легко и приятно.

– Танька практикует эскорт-услуги.

– Чушь собачья, – резко оборвал его здоровяк, псевдо-телохранитель Джоника, оказавшийся детективом. Этот финт с превращением еще предстояло обдумать, но у Андрея хватало пока иных забот. – Хочешь сказать, когда Джоник орал, что она под любого ляжет – это была правда? Да хоть уши себе откуси, все равно не поверю.

Сергей сам не мог сказать, что побудило его заступиться за Медведкину. Нет, не рыцарское чувство. В нем по-прежнему не было ни капли симпатии к ней. Лживая, жеманная, претенциозная… А главное, при всех этих качествах успешно высмеявшая его, Бабкина. Невыносимая женщина!"

"– Мой напарник хочет сказать, – любезно начал Макар, – что, несмотря на его неприязнь к госпоже Медведкиной и готовность обвинить ее не только в убийстве, но и в краже у нищего слепца дырявой шапки для подаяния, он все-таки из последних сил старается быть объективным. Именно потому, что она ему не нравится. Слишком велико искушение повесить на такую одиозную фигуру всех собак и посмотреть, как она будет с ними гарцевать вокруг лебединого озера.

Теперь, когда Илюшин так хорошо объяснил за Бабкина неявные движения его души, Сергею оставалось только промолчать. Про себя он вздохнул. А ведь можно было пять лет назад в ответ на предложение Илюшина о совместной работе гордо сказать: «Ни за что!» И вернуться в отдел.

Теперь-то поздно. Считай, расписался кровью на контракте с дьяволом.

– Вы оба не въехали в тему, – нахмурился Решетников. – Или тупите, как школота. Вам понятно, что такое эскорт-услуги?

«Мне понятно, что я сейчас рыло тебе начищу», – мысленно пообещал Бабкин.

– Никто ни с кем не спит, – продолжал Андрей. – Это контракт.