Северная Корона. Против ветра

В машине они так и не разговаривали, просто изредка, без улыбок, смотрели друг на друга, и перекинулись парой слов перед железнодорожным вокзалом, куда Ника опять-таки из-за предосторожности пошла одна, а вернулась с билетом в Санкт-Петербург, поезд в который отправлялся со второй платформы в час ночи и шел через Москву. Поскольку все билеты уже были раскуплены заранее, девушке пришлось покупать билет в вагон класса «люкс» – других вариантов не было. Для всех она срочно уезжала сегодня.

Затем они заехали в гипермаркет. А уже после, когда они, сделав покупки, вновь очутились в автомобиле и проехали уже метров триста вдоль улицы с кучей самых разных кафешек и магазинчиков, Никита вдруг неожиданно затормозил и ловко заехал в только что освободившееся место в «кармане».

– Ты чего? – с недоумением посмотрела на него Карлова. На коленях у нее лежала большая кожаная сумка, подаренная матерью пару лет назад, но выглядевшая новенькой. Сначала Ника, получившая подарок от родительницы, была не слишком довольна – форма и размер сумки ее не очень устраивали, даже несмотря на то, что она была сделана из натуральной мягчайшей кожи. И несмотря на качество, девушка почти не носила ее, предпочитая модные сумки с классным дизайном, купленные в любимом торговом центре, которые, правда, кожаными не были и отличным качеством похвастаться не могли. Но с собой Ника взяла именно подарок мамы. Сумка была достаточно вместительной, и в нее девушка еще перед приходом Никиты, роняя на вещи слезы, положила не только свой темно-оранжевый нетбук, а также всю косметику, фен и кучу всего очень нужного. А еще туда же она засунула и самую свою главную драгоценность – колье, подаренное Никитой, ее личную Северную Корону; там же лежали и борсетка, зажигалка и ручка, которые были оставлены Ником три года назад. Ника не знала, зачем она хранит все, кроме колье с бриллиантами, которое стоит баснословную сумму.

– Подожди десять минут. Я сейчас вернусь, – сказал Нике Никита. Он подумал, что это прозвучало резко, и спросил. – Хорошо?

– Хорошо, – кивнула она. – Только не задерживайся надолго, ладно?

– Не задержусь, – пообещал он.

Молодой человек вышел из машины. Ника проводила его недоумевающим взглядом, так и не поняв, зачем Кларскому понадобилось выходить, а узнала она об этом только тогда, когда они очутились минут сорок спустя в той самой квартире на третьем этаже, в которой провели вчера первую свою ночь.

– Держи, – протянул все еще молчащей Нике пакет Кларский, когда она стояла в почти пустой комнате напротив окна и смотрела на голубое – почти как ее глаза – небо. Парень понимал, что сейчас ей нелегко, и хотел чем-то помочь этой глупой девчонке.

– Что это? – повернулась к нему Ника.