Корона полуночи

Но этот ветер нес густой запах затхлости и тления. За дверью начиналась винтовая лестница. Света факела хватало всего на несколько шагов. Стену украшали сцены каких-то сражений.

Потом Селена заметила в стене неглубокую выемку с желобом. Выемка тоже уходила в темноту. Похоже, она тянулась во всю длину лестницы. Селена коснулась пальцами желоба. Мрамор был гладким, как стекло, однако палец ощутил следы чего-то липкого…

Невдалеке от двери на крючке висела серебряная масляная лампа. Селена вдела факел в скобу, сняла лампу, качнула. Внутри булькнуло масло.

Слой пыли на лампе был совсем тонким. Лампу оставили здесь недавно. Селена запретила себе думать о том, кто успел побывать за дверью раньше ее.

— Умно придумано, — только и прошептала она.

Улыбаясь себе, Селена повернула факел в безопасном направлении, потом поднесла носик лампы к желобу и наклонила. Масло неслышно потекло по желобу. Выждав немного, Селена повесила лампу обратно на крюк и теперь взяла факел, коснувшись им желоба. Вдоль пыльной, затянутой паутиной лестницы вспыхнула тонкая змейка света. Сжимая рукоятку кинжала, Селена глянула вниз, любуясь искусной резьбой на стене.

Она понимала, что спускается на свой страх и риск. Вряд ли кому-нибудь придет в голову искать ее здесь. Тем не менее Селена вернула шпалеру на место и плотно закрыла дверь изнутри. Вытащив кинжал из ножен, она двинулась вниз. Свет оживлял сцены сражений на стене. Селена могла бы поклясться, что каменные лица наблюдают за нею. Ей было жутковато, и она остановилась, чтобы успокоиться.

Лестница все-таки имела конец и вывела Селену в темный коридор, где тоже пахло плесенью и гниением. Рядом с последней ступенькой валялся факел, успевший обрасти пылью и паутиной. Возможно, тот, кто повесил серебряную лампу, приносил факел с собой? Или вообще сюда не спускался?

«А может, то существо способно видеть в темноте?»

Селена решительно прогнала пугающую мысль. Подхватив факел, она отряхнула пыль и зажгла его от слабеющего огня в желобе.

Ей то и дело приходилось срывать густую паутину, чтобы уберечь подземелье от пожара. По обе стороны коридора громоздились ветхие полки, забитые такими же ветхими книгами. Настолько ветхими, что Селена не могла даже прочитать названия на их корешках. Отовсюду торчали свитки и куски пергамента. Кто и когда прикасался к ним в последний раз? Это место больше походило на склеп, нежели гробница Элианы.

Остановившись, Селена наугад вытащила несколько свитков. Это были древние карты и долговые расписки королей, чьи кости давно обратились в прах. «И стоило сюда тащиться? — злясь на себя, подумала Селена. — Счета, долговые расписки, распоряжения по хозяйству.