Возвышение Королевы

Это выражение полной отрешенности на моем лице в сочетании с полным собственничеством в его чертах.

Я всегда так выгляжу?

Его губы находят раковину моего уха, и он кусает ее, прежде чем сказать хриплым тоном:

— Все, что ты видишь и не видишь здесь, блядь, мое, Аврора.

Он отпускает мое бедро и раздвигает мои ягодицы своей сильной рукой. Его большой палец находит мой задний вход, и я вскрикиваю, вставая на цыпочки.

— Что ты делаешь?

— Я сказал все, что ты видишь и не видишь. — кончик его пальца проникает внутрь, и я прижимаюсь к его члену. — Ммм, кажется, девственная.

Мне ведь не должно нравиться, что он ввёл в меня сзади большой палец? Я всегда считала, что заднее отверстие — это недопустимо, или, по крайней мере, так было в моем сознании.

Если обычный секс не устраивал, я не чувствовала необходимости подвергать себя боли при анальном. Но это было до того, как этот мужчина дал мне возможность переродиться.

Есть эра до Джонатана и эра после Джонатана, и я не хочу признавать, насколько полноценна вторая.

Его зубы покусывают чувствительную кожу у моего горла, определенно оставляя засос.

— Это девственность?

Мой стон почти не слышен среди льющейся воды, но Джонатан, похоже, услышал его, так как из его горла вырвался рык.

— Я собираюсь трахнуть ее и завладеть каждым сантиметром тебя.

Темная усмешка вторгается в воздух.

— Нет, ты нуждаешься в подготовке. Я не хочу причинять тебе боль своим членом. Но скоро.

Прежде чем я успеваю подумать о глупом разочаровании, которое настигает меня уже второй раз за сегодня, Джонатан проталкивает свой палец чуть дальше в мою попку и ускоряет темп в моей киске.

Ощущение наполненности так реально, и даже есть легкое жжение боли, вызванное его огромными размерами. Не имеет значения, насколько я мокрая или готовая. Он такой большой, и мне всегда так больно, когда он в меня входит.

Мои глаза опускаются от интенсивности его толчков, и я замираю, глядя на изображение в зеркале. Я кажусь такой маленькой в его руках, но также и то, как тесно мы соединены, будто нас никогда не разлучить.

Этот вид бросает меня через край.

Джонатан изучает меня со своей обычной сосредоточенностью, пока я освобождаюсь вокруг него. Мое дыхание сбивается, когда удовольствие накатывает на меня, делая мои ноги неустойчивыми.

То, как я смотрю на него, это больше, чем удовольствие и похоть.

Это больше, чем оргазм и грязный секс.

Это то, что я думала, что никогда больше не почувствую после того черного дня одиннадцать лет назад.

Должно быть, я заснула после того, как Джонатан вынес меня из душа, потому что, когда я открыла глаза, я лежала на кровати.