Шанталь. Ход королевы

Гоня прочь сомнения и подобравшись как пружина, я почти наощупь упорно ползла вперед, не обращая внимания на занозы, впивающиеся в ладони, и изо всех сил стараясь не смотреть вниз, туда, где едва различимые в темноте товарищи с возрастающей надеждой следили за каждым моим движением. Обмануть их ожидания и отнять последнюю надежду я не имела морального права.

До решетки оставались какие-нибудь пара пусов, когда что-то мягкое и живое коснулось моей руки, едва не нарушив все планы по спасению. Вздрогнув от неожиданности, я едва не сорвалась вниз, с огромным трудом сумев вовремя сгруппироваться и удержаться на доске, подобно канатоходцам балансируя на самом ее краю.

Позабывшие о песне товарищи дружно смолкли, оборвав ее на высокой ноте, чем невольно привлекли внимание одного из охранников, решившего подойти поближе и посмотреть, чем занимаются пленники.

«Сейчас или никогда!» Одним броском преодолев оставшееся расстояние, безоружная, все, на что я могла рассчитывать, – это фактор неожиданности, и я использовала его по максимуму.

Оказавшись над решеткой, я легко перемахнула через нее и спрыгнула вниз, оказавшись лицом к лицу с не ожидавшим подобного маневра мужчиной. Бороться с ним голыми руками в то время, как рядом находился его вооруженный до зубов товарищ, было верхом безумия, поэтому, воспользовавшись временным преимуществом, я ударом ноги в живот резко толкнула его к решетке, где его тут же схватили протянутые сквозь прутья руки. Хруст, и вот он уже со свернутой шеей падает вниз, а я, в последний момент чудом увернувшись от занесенного над головой оружия его напарника, пригнувшись, хватаю выпавшую из безжизненной руки саблю и в последний момент парирую удар.

Нет, я не была настолько самонадеянной, чтобы бросаться в бой с противником, в разы превосходящим меня по силе. Порядком вымотавшаяся за последние сутки, я не выстояла бы против него и пяти минут. Поэтому, резко уклонившись от очередного удара, я рывком ушла вниз и полоснула его по открывшемуся низу живота.

Икнув, противник выронил оружие, схватившись за нанесенную рану, из которой наружу хлынула кровь. Теряя последние силы, борясь с подступившей тошнотой и головокружением, под подбадривающие крики товарищей я крепко обхватила его и, навалившись всем весом, заставила отступить к решетке, где его в считаные мгновения постигла судьба товарища.

Теперь дело оставалось за малым: сорвать с пояса связку ключей и отпереть камеры. И вот, когда казалось бы, вот она свобода… снова подал голос «мудрец»:

– Не спешите. Помните, что я вам говорил. Дождитесь начала утренней молитвы и только тогда бегите. Это ваш единственный шанс.

Он был прав.