Королевство шипов и роз

— Расскажи это Тамлину, — огрызнулась Асилла. — Он отослал тебя за три дня до истечения срока. На что он надеялся? Едва кончились эти семь раз по семь лет, Амаранта явилась сюда со всеми своими прихвостнями. Многих, очень многих она угнала в Подгорье. Спросишь, почему я осталась? Таких, как я, Амаранта считает чернью. Мы недостойны ей служить. А вот убивать нас ради забавы — это пожалуйста.

Перед моим глазами замелькали жуткие картины. Я гнала их.

— Как отнесся к этому правитель Сонного королевства? Мало того, что Амаранта украла у него книгу заклинаний. Она завоевала Притианию не для него, а для себя. Кем он теперь считает Амаранту? Бунтаркой, выбившейся из-под его подчинения, или союзницей?

— Кто их разберет? Если они меж собой и поцапались, он не сделал ни одной попытки приструнить Амаранту. Сорок девять лет она владеет Притианией, а он молчит. Думай как хочешь. После того как она казнила взбунтовавшихся верховных правителей, к ней устремилась вся нечисть. Те, кого не принимали даже при Дворе ночи, поспешили к ней, и она приняла их с распростертыми объятиями. Но мы-то знаем: Амаранта ничего не делает просто так. Она собирает армию. Медленно. Торопиться ей некуда. Когда посчитает, что час настал, ее армия двинется в ваш мир. Сама понимаешь: в армии Амаранты собраны все чудовища Притиании и Сонного королевства.

— Такие, как Аттор? — спросила я, леденея внутри.

Асилла мрачно кивнула.

— В наших землях ходят слухи, что все больше фэйри перебираются через Стену и нападают на людей. Если никто не смеет пересечь Стену без позволения Амаранты, значит, это делается по ее приказу.

Наверное, и расправа над семьей Клеры Бадор была одобрена Амарантой.

— Чего ж тут удивляться? — вздохнула Асилла, вытирая стол рукавом. — Ей же надо заранее вызнать все сильные и слабые стороны людей. Амаранта не станет бить наугад. Она точно рассчитает каждый удар. За это король ее и ценил.

Значит, не напрасно я говорила отцу и сестрам, чтобы при малейших признаках опасности садились на корабль и плыли как можно дальше. Но когда я предостерегала их, когда говорила с Нестой, я и не подозревала, что все настолько опасно. Мне было невыносимо думать о заточении Тамлина. Сейчас каждая минута его жизни — кошмар наяву. Даже если Амаранта еще не дошла до пыток, его терзают угрызения совести. Он скорбит по погибшим соратникам, ненавидит себя за бессилие и ложь, которой был вынужден забивать мне мозги… И при всем этом он сам отправил меня в человеческий мир. Получается, его соратники, включая Андраса, погибли напрасно.

Тамлин боялся подставить меня под удар. «Даже если мы выстоим против натиска болезни… они тебя выследят… она найдет способ тебя убить».