Извращенное королевство

Маленькая хитрюга.

Иногда она рассказывала мне фрагменты воспоминаний, которые иногда приходили ей на ум. Вроде моей татуировки и ночей, которые она провела со мной в том подвале.

Однако она никогда не упоминала свою мать или обещание, которое дала мне.

В ее памяти по-прежнему остаются значительные пробелы, и кажется, я точно знаю, как их заполнить. Способ радикальный, но другого у меня нет. Она попросила меня рассказать ей все, я так и поступлю. Но не в обычной обстановке.

Эльза никогда не будет чувствовать себя полноценной, пока не вспомнит, что случилось той ночью. Она никогда не примет меня полностью, пока не вспомнит наше кровавое прошлое.

В конце концов, все это из-за меня.

Может быть, она стерла свои воспоминания из-за травмы, которую ей пришлось пережить, но именно я оказался последним гвоздем, вбитым в крышку гроба. Если бы она не сделала того, что сделала, возможно, все было бы по-другому.

Нет.

Я не позволю себе думать об этом варианте. Все уже сказано и сделано. Мне просто надо найти лучший способ, чтобы рассказать ей обо всем.

После окончания десятой за день деловой встречи китайские инвесторы пожимают руки нам с папой. Когда дверь за ними закрывается, я падаю на диван.

Китайский офис Джонатана выглядит грандиознее, чем тот, что в Лондоне. Он оформлен в серо-синих тонах, а из просторного окна открывается вид на шанхайские небоскребы.

Я кручу телефон в руке.

– Я бронирую билет до Англии.

Джонатан улыбается, сидя за стеклянным рабочим столом.

Херня какая-то.

Всегда не к добру, когда он триумфально улыбается, словно заключил сделку века."

"– Знаешь ли… – Он задумчиво чешет подбородок и откидывается на спинку высокого кожаного кресла. – Каким бы ты ни был несокрушимым, я знал, что однажды ты разрушишь себя.

Склоняю голову набок.

Он взбешен с тех пор, как я сказал ему в лицо все, что думаю о смерти Алисии. Так и знал, что он чем-то накажет меня за это. Думал, именно этой цели и служила поездка в Китай. В конце концов, он разлучил меня с Эльзой – пусть даже и временно.

Я должен был догадаться.

Временные решения Джонатана обычно служат прикрытием для более обширного плана, который придуман где-то на задворках сознания.

– Что ты сделал? – Я встаю. – Клянусь, если ты причинил ей боль…

– Мне этого не нужно. Все, чего я хочу, – чтобы ты был далеко от нее.

Уголок моего левого глаза подергивается.

– Что, черт возьми, ты сделал, Джонатан?

– Ты прав, Эйден. У меня есть и другие партнеры помимо Себастьяна. Есть еще один член избирательного комитета Роудзов, который обещал помочь мне подобраться к корпорации Итана.

– Ты всерьез думаешь, что Итан Стил подпустил бы кого-то настолько близко, чтобы за ним можно было шпионить? Он ведет еще более закрытый образ жизни, чем ты.