Извращенное королевство

Тетя возвращается с супом, ее глаза на мокром месте, словно она плакала. Мне будто сердце пронзает стрелой.

– Тетя…

– Вот, твой любимый. – Она перебивает меня с дрожью в голосе. – Может, я так себе родитель, но хотя бы могу приготовить блюдо, которое тебе нравится.

– Все нормально, тетя. Я знаю, что такое травма. – Я опускаю взгляд на колени, прежде чем снова посмотреть на нее. – Не нужно мне было обвинять тебя. Мама была больна. Даже если бы ты была там, не думаю, что что-то бы сильно изменилось.

Ее рот широко открывается.

– Эльза…

– Прости.

– Нет. Это ты меня прости, детка. Она наклоняется и сжимает меня в материнском объятии. Оно теплое и пахнет сладкой ватой и летом. – Прости, что с самого начала не была рядом. Мне так жаль.

И мне.

Как бы все было, родись я у нормальной мамы?

Думаю, я никогда не узнаю. Хочется мне это признавать или нет, моя мать была монстром.

А я дочь этого монстра.

Теперь мне придется решить, бороться с этим или признать этот факт.

Я должна понять, отношусь ли я к тем, кто закрывает детей в подвале и пытает их, как мама, или же к тем, кто освобождает их, как папа.

Смерть или жизнь.

Тьма или надежда.

Когда я обнимаю тетю, то знаю точно, кем хочу быть.

Глава четырнадцатая

Эльза

Всю следующую неделю Эйден не оставляет меня в покое.

Во время обедов он приносит мое специальное питание. Я не притрагиваюсь к этой еде, сделав выбор в пользу своих ланч-боксов, но он все равно продолжает это делать каждый день.

Он рядом и на тренировках, передает мне воду и спортивные напитки.

Я перестала считать, сколько раз он хотел поговорить со мной, а я не соглашалась.

Он предлагает подбросить меня до дома. Отказываюсь и вместо этого выбираю поехать с Ноксом.

Он стискивает зубы, а уголок его левого глаза подергивается каждый раз, когда я так делаю. Очевидно, ему это не нравится, и я постоянно жду, что он затащит меня в свою машину силой.

Но он этого не делает.

Каждый раз, когда мы сталкиваемся в коридоре, он наблюдает за мной с обезоруживающим вниманием. Он лишает меня воздуха и прячет его в недоступное место. Часто я застываю на месте и жду, когда он утащит меня в угол, объявит, что игра окончена, и объяснит, кому я принадлежу, используя свои приемчики садиста-доминанта.

Но ничего из этого не происходит.

Странно.

Нет, не так. Это обезоруживает.

Его приятная, угодливая сторона личности начинает меня пугать.

Обычно Эйден не прислуживает. Он берет все, что хочет, не спрашивая разрешения и разрушая все вокруг на пути к желаемому."

"Я ворочаюсь в постели по ночам, думая о том, что, может быть, он делает это вполне искренне и действительно изменился к лучшему. Потом я вспоминаю, кто он и что собой представляет, и быстро подавляю эти мысли.

Люди вроде Эйдена не меняются.