Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием

"

"‒ Эту называют айсбергом за ее идеальную белизну, ‒ цветок из рук Карла перекочевал в ладонь Гвинет. Девушка в привычной ей манере учтиво кивнула, но других, более открытых эмоций не выказала.

Все продолжилось в ровном темпе. Дженис получила ярко-желтую розу. Ева ан Готье ‒ светло-лиловую.  Зара ‒ очень необычную зеленую. Венди досталась кремовая роза с алыми краями. Агате ‒ оранжевая.

Когда принц подошел ко мне, я почему-то перестала дышать.

‒ Эта роза для вас, леди Соли, ‒ сказал Карл мягко, протягивая мне бутон глубокого оттенка красного. Алого, как артериальная кровь. Наши пальцы соприкоснулись, и я дернулась от неожиданности.

Я не знала, что ответить, но розу приняла. Выбора все равно не было. Мой взгляд встретился со взглядом принца, и в его глазах я увидела нечто большее, чем просто вежливость или долг. Я увидела искру интереса.

Мамочки!

‒ Спасибо, ‒ едва слышно, с небольшой заминкой прошептала я, ощущая нарастающую неловкость.

Карл улыбнулся своим мыслям и кивнул, прежде чем продолжить свой путь. Без розы осталась всего одна участница.

Глава 61

Лика

Тереза, молча следовавшая за принцем попятам, передала ему последнюю розу. Черную, словно смоль. Как только руки служанки освободились, она кинула на меня быстрый взгляд, улыбнулась и тихо покинула столовую, не привлекая к себе излишнего внимания.

Как же мне хотелось последовать за ней, чтобы не чувствовать неловкости и напряжения, которое только и делало, что возрастало с каждой секундой.

Участницы, хоть их и одарили розами, чувствовали, что все не просто так. Не просто воля принца сделать всем приятно. Нет. За этим крылось нечто более глубокое. И, кажется, все догадывались, что именно.

‒ Леди Бланш, это ваша роза, ‒ Карл аккуратно передал цветок в руки Виктории и, кивнув девушке, подошел к пустующему стулу.

Правда, садиться за него он не стал. Встав позади, он водрузил руки на высокую спинку, сжав ее вполсилы. Мы, замерев и притихнув, следили за каждым движением принца, ожидая вердикта.

Да, именно его. Ведь с момента, как Пенелопа напала на принца, речь не заходила об отчислении участниц. И все же нас должно было становиться все меньше и меньше.

Время пришло. И мне вдруг стало очень страшно войти в число тех, кто уйдет. До этого момента все казалось каким-то эфемерным. Отчислят ‒ уйду. Какие проблемы? Быстрее разорву договор и ничего не буду должна Дамиону. Ни тебе приказов, ни тебе слежки, ни тебе отбора, ни тебе холодных глаз, способных обжечь...

Так-то оно действительно так. Но что дальше? Я вдруг отчетливо поняла, что поместье Мануар де Рокефор на данный момент являлось моим домом. Пристанищем в другом мире. И иного у меня не было. Если все случится, советник отправит меня на окраину Этата, где я... Что?

Спина покрылась холодным липким потом.