Красный, белый и королевский синий

Мы здесь, чтобы поддержать ее и побудить людей оставаться едиными под ее началом.

– Но что касается сенатора Луны…

– Спасибо. Голосуйте за Клермонт, – жестко отрезает Джун, прикрывая ладонью рот Алекса. Она оттаскивает его в ожидавший их лифт и тычет локтем, когда Алекс облизывает ее ладонь.

– Чертов предатель, – фыркает Алекс, когда они добрались до своего этажа. – Гребаный двуличный ублюдок! Я… твою мать, это я помогал ему избираться. Я агитировал за него сутками напролет. Я был на свадьбе его сестры. Я наизусть помнил его чертовы заказы в Five Guys!

– Я в курсе, Алекс, – отвечает Джун, засовывая карточку-ключ в щель.

– Откуда вообще у этого смазливого говнюка твой номер телефона?

Джун швыряет туфли на кровать. Они отскакивают от нее в разные стороны и падают на пол.

– А ты как думаешь?! Потому что я спала с ним в прошлом году. Ты здесь не единственный, кто принимает идиотские сексуальные решения, когда тебе хреново. – Она падает на кровать и принимается снимать серьги. – Я просто не понимаю, в чем тут смысл. К примеру, чего добивается Луна? Он что, какой-то долбаный тайный агент, посланный из будущего, чтобы вызвать у меня язву?

Уже поздно. Они добираются до Нью-Йорка после девяти вечера и на несколько часов застревают на совещании по урегулированию кризисов. Алекс все еще на взводе, но, когда Джун поднимает на него взгляд, он видит, что блеск в ее глазах уже начинает походить на слезы разочарования. Он немного смягчается.

– По моим догадкам, Луна считает, что мы проиграем, – тихо говорит он ей, – и думает, что сможет сильнее привлечь Ричардса к левым, если будет в его команде. Это все равно что тушить огонь внутри горящего дома.

Джун устало смотрит на него, изучая его лицо. Может, она и старше, но политика – это сфера Алекса, а не ее. Он знает, что выбрал бы эту жизнь для себя, будь у него такая возможность. Но еще он знает, что его сестра не сделала бы этого никогда.

– Думаю… мне нужно поспать. Скажем, годик-другой. Минимум. Разбуди меня после того, как закончатся выборы.

– Ладно, Жучок, – произносит Алекс. Он наклоняется и целует ее в макушку. – Это я могу.

– Спасибо, братишка.

– Не называй меня так.

– Ты мой крошечный, маленький, вот такусенький младший братишка.

– Иди на хер.

– А ты иди спать.

Кэш, переодетый в штатское, ждет его в коридоре.

– Держитесь там? – спрашивает он Алекса.

– Ну… я же типа должен.

Кэш хлопает его по плечу своей гигантской ручищей.

– Внизу есть бар.

Алекс задумывается.

– Ага, ладно.

В такой поздний час в «Бикмане», к счастью, тихо, а сам бар с его стенами в теплых, насыщенных оттенках золотого и темно-зеленого, обитыми кожей барными стульями, едва освещен. Алекс заказывает себе чистый виски.

Он смотрит на свой телефон, вместе с виски глотая разочарование.