Королевский сорняк

- Я не хочу… Не надо всего этого завтра… Я вас умоляю! Я буду слушаться, я больше ни слова не скажу, я все сделаю, как вы скажете! Только пожалуйста, не надо этого… Вы же не такой жестокий, не может этого быть…

Слезы появились на ее глазах, и голос дрогнул. Писатель с любопытством посмотрел на нее.

- Я… - Тоня растерялась. - Я… не знаю, как вымолить ваше прощение… Я вам очень благодарна за все, что вы для меня сделали, вы ведь меня действительно изменили, многому научили, я стала другой, я открыла саму себя… Благодаря вам… Не надо меня наказывать, прошу вас!!!…

- Это все? - осведомился Писатель.

Тоня опешила. Неужто он ей не верит?!

Надо до него дотронуться, - мелькнула мысль. Он к ней не равнодушен, и ее прикосновение смягчит его! Можно, например, схватить его за руки, как бы в порыве…

- Я… Я просто не знаю, как вас смягчить, как вас убедить… Мне страшно… Я боюсь боли… Пожалуйста, умоляю вас, не надо!!!

Тоня сделала неуверенный шажок к его стулу. Она не была актрисой, и броситься к Писателю «в порыве» у нее никак не получалось.

- Говоришь, что согласна на все?

- Да… В смысле, только не на завтрашнее… Не надо меня бить… И насиловать…

Тоня уже и в самом деле плакала, вспомнив подвал.

Сквозь слезы ей показалось, что Писатель смотрит на нее насмешливо. И Тоня решилась. Сделав еще два шажка, она упала перед ним на колени и схватила его за руки, уткнувшись в них мокрым лицом.

- Ну, хорошо… - произнес Писатель. - Раз ты согласна на все, то так тому и быть! Я отменю завтрашнее представление. Если ты мне докажешь, что действительно готова вымолить мое прощение…

С этими словами Писатель встал, из-за чего Тоне пришлось неловко, на коленях, отодвинуться.

…И принялся расстегивать брюки.

Слезы мгновенно высохли. Тоня вскочила на ноги. Писатель спустил брюки, под которыми показались трусы. Тоня беспомощно посмотрела на Кирилла. Неужели???

Писатель неожиданно развернулся к ней спиной и спустил трусы.

- Поцелуй меня в задницу. И я тебя прощу!!!

Тоня снова бросила отчаянный взгляд на Кирилла, но в его изумленном взгляде не нашлось подсказки.

- Ну же? - ерничал Писатель, отклячив тощий дряблый зад. - Я жду!

Тоня стояла как вкопанная, не смея ни отодвинуться, ни подойти.

- Ну же, Антония, ты ведь сказала, что на все готова!!!

Тоня сделала неуверенный шаг в его сторону. Отвращение поднималось к горлу.

- Извините… - выдавила она, зажимая рот рукой. - Мне надо в туалет!

Писатель, нисколько не смущенный, с удовлетворением застегивал брюки.

- Ты хитрая бестия, - заявил он, когда Тоня вернулась, бледная и осунувшаяся от рвоты и чувства гадливости. - Хотела меня провести? Но я ловко вывел тебя на чистую воду, а? - Он засмеялся сухоньким дробным смехом.