Королевская кровь. Книга 8

По логике - да, но я не слышал о систематических внезапных смертях у темных на Туре. А здесь дар-тени погибают достаточно часто.

Тротт снова коротко и очень доступно объяснил последовательность действий для возвращения на Туру. И принцесса, как и требовалось, снова и снова расслаблялась, закрывала глаза и пробовала. Очень упрямо, стараясь к концу не заплакать.

- Хватит, - проговорил лорд Тротт после очередной попытки. - Не знаю, в чем причина, Алина. Возможно, вы столько впитали энергии университета, что вас здесь зафиксировало. И вернуться обычным путем не получится.

- А есть необычный? - дрогнувшим от надежды голосом спросила принцесса.

- Я надеюсь, что есть, - почти мягко ответил инляндец. - Точнее, я предполагаю, что есть тот, кто может помочь. Доедайте мясо, Богуславская. Уже можно. И почему вы все время теребите волосы? Это нервное?

Пятая Рудлог замерла и поняла, что действительно опять раздраженно дергает себя за скатавшиеся пряди.

- Жутко воняет кровью, профессор, - неловко объяснила она. - И не промыть, и прочесать нечем. Это от вчерашнего…

Ее снова замутило.

- Этот запах… - голос стал сдавленным.

Тротт, сощурившись, посмотрел на нее. Встал, снял с пояса нож.

- Наклоните голову, - сказал он. - Все равно нужно обрезать. Иначе завшивеете.

Алинка сидела, склонив голову вперед, а лорд Макс методично обрезал склеившиеся пряди почти по самый затылок. Волосы, похожие на светлую, пропитанную грязью и кровью паклю, падали на землю, нож резал легко, и голова становилась легкой-легкой. Наконец, профессор остановился.

- Посмотрите на меня.

Алинка подняла голову - и инляндец, на мгновение задержав взгляд на ее лице, склонился очень близко и аккуратно обрезал оставшиеся у лица пряди, скользнул пальцами по волосам, словно проверяя, нет ли еще длинных. И тут же поднялся, собрал отстриженные пряди и пошел к костру. Оттуда запахло паленым.

Алинка ощупала голову - волосы торчали клочками, падали на лоб, не закрывая глаз. Но запаха крови она больше не чувствовала.

- Спасибо, - сказала она тихо.

- Не за что, - буркнул Тротт. - Доедайте, Богуславская. У нас впереди очень долгий путь.

Макс Тротт

Пока принцесса послушно жевала мясо, Макс затушил костер, закрыл его снятым до разжигания пластом земли со мхом, присыпал ошметками папоротниковых листьев - и не определишь, что здесь что-то было. Богуславская то ли от сытости, то ли от отдыха порозовела и сейчас с любопытством олененка крутила головой, наблюдая за Троттом и рассматривая лес. Глаза ее ещё были настороженными, под ними залегли тени, но лицо то и дело оживлялось, когда она на чем-то задерживала внимание. Истощена, руки тонкие, подрагивают от прошлого напряжения, губы бледные, воспаленные, а все еще не потеряла интереса к миру.