Королева теней (ЛП)

Он также скрыл лихорадку от глумящихся охранников, которые кормили и поили его два раза в день, притворяясь, что он уходит в мир иной, притворяясь, что гордая птица сломлена. Эти трусы не были достаточно близко, чтобы заметить, что он перестал пытаться сломать цепи, которые позволяли ему только встать и сделать несколько шагов, но не более. Они не заметили, что он не стоял дольше, чем требовала нужда. Этот упадок не был ничем новым.

По крайней мере, на него насильно не надели один из этих ошейников, хотя он видел один около трона короля той проклятой ночью.

Он мог поставить хорошие деньги, что тот ошейник из Камня Вэрда был для сына короля, но он молился, чтобы принц умрет раньше, чем станет королевским псом на коротком поводке.

Эдион переместился на свою подстилку из заплесневелого сена и сдержал мучительный кашель от боли, который тянулся вдоль его ребер. Хуже. Хуже каждый день. Только кровь фэ, была той вещью, что поддерживала в нем жизнь так долго, пытаясь отчаянно излечить его, но даже бессмертное наследие в его венах поклонится инфекции.

Это было бы такое облегчение, такое счастливое облегчение знать, что его не заставят пойти против нее, и что он скоро увидит тех, которые тайно были все эти годы якорем в его измученном сердце.

Поэтому он радовался каждому скачоку лихорадки, каждому припадоку тошноты и боли. Скоро. Совсем скоро Смерть прибудет, чтобы поприветствовать его.

Эдион просто поможет ей добраться до того, как Аэлина умрет.

Глава 5

Эта ночь могла бы очень легко закончиться ее пролитой кровью, Аэлина осознала это, когда бежала вниз по кривым улицам трущоб, вытирая кровь с ножей, чтобы не оставалось никаких улик.

Благодаря месяцам, проведенным в Кембрийских горах с Рованом, ее дыхание оставалось стабильным, а ее голова ясной. Она полагала, что после стольких приключений и тренировок, после побега от древних существ размером с небольшие коттеджи и после победы над четырьмя принцами-демонами - двадцать мужчин в погоне – не самое ужасное, что могло быть.

Но все равно гигантская, неистовая боль в ее сердце не утихала, и эта боль, скорее всего, не предвещала для нее приятный конец. Но никаких признаков Шаола — ни шепота его имени на устах мужчин, которые выросли в Убежище. Она не признала никаких из них, но она бы почувствовала, если бы их преступления были отмечены, или кто-то из них был в контакте с камнем Вэрда, или поврежден из-за него. Они не носили ошейников или колец, но внутри эти люди прогнили не меньше."

"По крайней мере, Аробинн не предал ее, хотя, как странно, что он ушел за минуту до появления новых охранников короля, наконец-то нашедших извилистые следы, которые она аккуратно проложила из доков.