Королева дождя

 — Мне сказали, что когда-то вы работали здесь, в Лангали, вместе с Керрингтонами.

Анна кивнула.

— Я руководила родильным отделением.

— Тогда, полагаю, вы навещали Керрингтонов по их приглашению? Как старый друг?

Анна нервно сглотнула. Она поняла, что не может ответить.

Мужчина сочувственно улыбнулся и поспешил задать другие вопросы. Часто ли она наносила такие визиты? Как часто? Одна или с кем-то еще? С кем именно?"

"Что случилось прошлой ночью?

Как?

Почему…

Анна выдавливала из себя простые ответы, рассказывая то же, что и полиции, и скрывая те же ключевые факты.

Архидиакон ободряюще кивал ей. Но чем больше информации он получал, тем более двойственной казалась ему роль Анны в этой трагедии. В конце концов, похоже, единственным объяснением того, что женщина осталась жива и абсолютно невредима, была ее непонятная связь с колдовством.

— Где этот амулет сейчас? — поинтересовался архидиакон Сандерс.

— Мне сказали, что он остался в доме миссии, — ответила Анна.

Ей рассказали, что полицейские сначала забрали талисман Нааги, но затем решили, что он не должен у них находиться.

Архидиакон подошел к двери церкви и потребовал, чтобы ему принесли «местный амулет».

Через несколько минут в церковь вошел африканец, держа амулет в руке. Даже не видя лица этого человека, Анна узнала его по осанке, одежде, походке. Она испытала неимоверное облегчение, поняв, что Стенли, воспользовавшись случаем, пришел к ней. Она прекрасно понимала: никто и не стал драться за возможность выполнить приказ архидиакона. Большинство африканцев не хотели даже прикасаться к амулету, а не то что нести его в церковь.

Анна встретилась взглядом со Стенли, когда он шел по проходу между скамьями. Короткий взгляд — вот и все, на что она могла рассчитывать.

Архидиакон брезгливо поморщился, забирая у Стенли амулет и держа его на расстоянии вытянутой руки. Но тут у него отвисла челюсть: он молча переводил взгляд с рыжих волос Анны на прядь того же цвета на голове куклы.

— Уберите это! — Он сунул амулет в руки Стенли и дал ему знак уйти.

Но африканец проигнорировал этот жест и подошел к Анне.

— У вас все хорошо? — спросил он ее на суахили.

Анна кивнула.

— Я буду снаружи, на случай, если понадоблюсь вам. Только позовите, и я приду. — Голос его звучал ласково, но в нем чувствовалась внутренняя сила.

Анна благодарно кивнула.

Архидиакон наблюдал за ними, изумленно подняв брови. Когда Стенли направился к выходу, священник смотрел ему вслед, подозрительно хмурясь.

Как только они опять остались наедине, архидиакон набросился на Анну:

— Вы что, хотите сказать, что сознательно использовали этот инструмент дьявола?!

— Я хотела спасти Сару, — просто ответила Анна. — Я должна была воспользоваться их страхом. Другого оружия у меня не было.