Королева Бедлама

Можешь ли ты хотя бы попытаться это понять?

Однако в последовавшей за этими словами тишине, когда сердце «решателя проблем» из Нью-Йорка бешено колотилось и он чуял запах собственного страха, Мердо отпустил его, отстранился и горько произнес:

— Вы меня убьете? — спросил Мэтью, ибо пришло время… бить и бежать. То был его единственный шанс выжить, но едва ли эти безумцы дадут ему скрыться бегством.

Мердо припал к земле и несколько мгновений сидел молча, раздумывая. На каменной стене чернела его огромная тень.

— Дэниел, — наконец сказал он, — вы с Михеем отведете этого молодого человека обратно к лошади. Возьмите с собой Джадда. Сумку и пистолеты верните. Если Перла потащится следом — можете с ней не церемониться. У нее явно планы на этого бедолагу. — Мердо исподлобья посмотрел на Мэтью. — Нет, мы тебя не убьем. Оставим эту честь Боденкиру. Ну, вон отсюда, живо!

Мэтью еще никогда в жизни не вставал на ноги с такой радостью. Седая женщина по-прежнему пожирала его взглядом, словно мечтала разорвать его на части, а потом — на мелкие кусочки.

Была ли какая-нибудь ночь в его жизни столь же длинна, столь же окутана тайной и мраком?

Усевшись в седло — пистолеты и саквояж вновь были при нем, — Мэтью с превеликой благодарностью расстался с двумя провожатыми. Только двумя, потому что третий на полпути вдруг поднял глаза к прохладному лунному свету, что струился сквозь ветви деревьев, издал пронзительный вопль (услышав его, Мэтью невольно подумал, что сейчас их всех сожрет дикий зверь), бросил факел, вцепился руками в лицо, скорчился и убежал в лес.

— Иди дальше, — последовал приказ. Голос был хриплый и не вполне человеческий. — Просто иди.

Мэтью заплатил бы десять фунтов и еще десять, лишь бы поскорей выйти на дорогу — путь обратно был не менее труден и долог, чем путь туда. Как только он, облегченно охнув, запрыгнул на лошадь, двое мужчин с факелами устремились обратно в чащу. Итак, вперед, к обрыву над рекой и чирею на лице земли, где обретаются люди, чей крик — вот бред! — способен пересечь океан.

Мэтью все еще размышлял, когда дорога впереди вдруг закончилась. Лунный свет падал на черные кованые ворота и забор с острыми пиками — вся конструкция была не меньше семи футов в высоту. Мэтью спешился и обнаружил на воротах цепь с большим висячим замком. Поросшая сорной травой дорожка за воротами вела наверх, к деревьям и кустам — дома Мэтью нигде не видел.

Ага, вот же! Мэтью разглядел железный колокол с привязанной к нему веревкой.

«Тебя решили ему скормить. Принести в жертву», — говорил Мердо.

Бред сумасшедшего, только и всего. Или?.. Мэтью заткнул один из пистолетов за пояс своих бриджей, спрятав его под сюртуком и пальто, а второй убрал в саквояж.