Королева Бедлама

Капелл в ту же секунду схватил его и открыл на помеченной Масочником странице.

— Ага! Вот и славно. — Губы Капелла растянулись в улыбке, точно лицо вспороли ножом. — Последний блокнот! Теперь можно успокоиться, не так ли. — Последние слова прозвучали скорее как утверждение, нежели как вопрос.

Мэтью вдруг заметил, что в комнате есть еще один человек. Справа — в черной тени, липнущей к книжным шкафам, точно паутина, — сидел мальчик неопределенного возраста. Щуплый, бледный и до странности хрупкий, с шелковистыми волосами цвета пыли. На нем была та же форма, что на остальных «учениках», на груди — круглый значок. Правую бровь рассекал длинный тонкий шрам, уходящий под волосы, а правый глаз был холодного молочного-белого цвета.

— Свяжите его, — сказал Капелл, увлеченно листая блокнот.

Бромфилд обошел Мэтью со спины и локтем зажал ему горло, а Лоуренс Эванс продемонстрировал подозрительные для бывшего секретаря навыки обращения с веревкой. Руки Мэтью заломили назад и так крепко связали шнуром, что он едва не намочил штаны от боли. Затем его усадили на стул, услужливо подсунутый ему прямо под ягодицы.

Капелл достал из серебряной табакерки понюшку табака, втянул по щепотке каждой ноздрей, шмыг-шмыг — и готово, причем все это было проделано самым изящным образом, как подобает истинному джентльмену. Белым платком он стряхнул крошки с сюртука, который и так был цвета темного табака.

— Я желаю знать, — сказал он, складывая платок и убирая его в карман, — откуда у вас этот блокнот. Будьте любезны, расскажите.

Мэтью попытался увлажнить слюной пересохший колодец горла и прохрипел:

— Охотно. Все очень просто: помощник судебного медика перепутал ящики. Я потом вернулся туда и…

— Но с какой стати медик вам его отдал? — В глазах-топазах загорелся едва заметный огонек.

Осторожнее, подумал Мэтью.

— Он мне доверяет. Я сказал ему, что знаком с мисс Леклер и передам ей блокнот. Разумеется, я хотел привезти его сюда. — Мэтью воспользовался воцарившейся на мгновение тишиной и добавил: — То же самое я сказал мистеру Полларду. Он намерен поговорить с мистером Маккаггерсом.

— Ему все известно, — заметил Бромфилд, и Мэтью безумно захотелось отвесить ему пинка.

— Это ежу понятно! — рявкнул Капелл. — Может, не все, но многое. Ладно, Мэтью, давайте-ка на минутку забудем про блокнот. Хочу поговорить с вами о Масочнике. Вы же знаете, кто это?

— Ну… да, уверен, — ответил Мэтью, проклиная себя за заминку.

— Я почему спрашиваю: Масочник убил трех людей, имеющих непосредственное отношение к одному нашему прожекту. Вы ведь знаете, о каком прожекте я говорю?

— Нет, сэр, не знаю, — сказал Мэтью и тут же добавил: — Можете мне не рассказывать!

— Сэр? — осмелился вмешаться в разговор Джереми, метатель ножей.