Игра престолов. Битва королей

– Ты мне больше нравилась, когда была Эсгред, – с упреком сказал он.

– Хвалю за честность, – засмеялась она. – А ты мне больше нравился в девятилетнем возрасте.

Тирион

Сквозь дверь доносились мягкие звуки высокой арфы и свирели. Голос певца глушили толстые стены, но Тирион узнал песню: «Была моя любовь прекрасна, словно лето, и локоны ее – как солнца свет…»

Этим вечером дверь в покои королевы охранял сир Меррин Трант. Его произнесенное сквозь зубы «Милорд» показалось Тириону весьма неучтивым, но дверь он все же открыл. Тирион вошел в опочивальню сестры, и песня внезапно оборвалась.

Серсея возлежала на груде подушек босая, с распущенными золотыми волосами, в зеленых с золотом шелках, отражавших пламя свечей.

– Дражайшая сестрица, как ты нынче хороша. И ты тоже, кузен, – сказал Тирион певцу. – Я и не знал, что у тебя такой красивый голос.

Похвала заставила сира Ланселя надуться – видимо, он принял ее за насмешку. Парень, на взгляд Тириона, подрос дюйма на три с тех пор, как его посвятили в рыцари. У него густые песочные волосы, зеленые ланнистерские глаза и светлый пушок над губой. Ему шестнадцать, и он страдает злокачественной юношеской самоуверенностью, не смягченной ни единым проблеском юмора или сомнения и усугубленной надменностью, столь естественной для тех, кто рождается красивым, сильным и белокурым. Его недавнее возвышение только ухудшило дело.

– Разве ее величество за тобой посылала? – осведомился он.

– Не припомню что-то, – признался Тирион. – Мне жаль прерывать ваше веселье, Лансель, но увы – у меня к сестре важное дело.

Серсея смерила его подозрительным взглядом.

– Если ты по поводу этих нищенствующих братьев, Тирион, то избавь меня от упреков. Нельзя было допускать, чтобы они вели на улицах свои грязные изменнические речи. Пусть проповедуют друг другу в темницах.

– И благодарят судьбу за то, что у них столь милосердная королева, – добавил Лансель. – Я бы вдобавок вырезал им языки.

– Один осмелился даже сказать, будто боги наказывают нас за то, что Джейме убил истинного короля, – молвила Серсея. – Такого терпеть нельзя, Тирион. Я предоставила тебе возможность разделаться с этой заразой, но вы с твоим сиром Джаселином не делали ровно ничего, поэтому я приказала Виларру взять это на себя.

– И он себя показал. – Тирион действительно был раздражен, когда красные плащи бросили в темницу с полдюжины покрытых паршой пророков, не посоветовавшись с ним, но из-за столь незначительных лиц воевать не стоило. – Тишина на улицах пойдет нам только на пользу, и я пришел не поэтому. Я получил новости, которые определенно обеспокоят тебя, дражайшая сестра, и о них лучше поговорить наедине."

"– Хорошо.