Игра престолов. Битва королей

Когда они отъехали довольно далеко от Лордпорта, Теон положил руку ей на грудь, но Эсгред тут же ее сбросила.

– Держись лучше за поводья обеими руками, не то твой черный зверь скинет нас с себя и залягает насмерть.

– Это я из него уже выбил. – Некоторое время Теон вел себя пристойно, рассуждая о погоде (ненастной с самого его приезда и часто дождливой) и рассказывая ей, сколько человек он убил в Шепчущем Лесу. Объясняя, как близко он был от Цареубийцы, он вернул руку на прежнее место. Груди у нее были маленькие, но твердые, и он это оценил.

– Не стоит этого делать, милорд принц.

– Еще как стоит. – Он слегка стиснул пальцы.

– Твой оруженосец смотрит на нас.

– Пусть его. Он никому об этом не скажет – клянусь.

Эсгред отцепила от себя его пальцы, крепко зажав их в своих. У нее были сильные руки.

– Люблю, когда женщина держит крепко.

– Вот уж не сказала бы, судя по той бабенке у пристани, – фыркнула она.

– По ней не суди. Просто на корабле больше не было женщин.

– Как по-твоему – твой отец хорошо меня примет?

– С чего бы? Он и меня-то принял не слишком хорошо – а ведь я его родная кровь, наследник Пайка и Железных островов.

– Наследник? Но ведь у тебя, кажется, есть братья, несколько дядей и сестра.

– Братьев давно нет в живых, а сестра… говорят, любимый наряд Аши – это кольчуга, свисающая ниже колен, а бельишко у нее из вареной кожи. Но мужской наряд еще не делает ее мужчиной. Я хорошо выдам ее замуж, когда мы выиграем войну, если найду такого, кто согласится ее взять. Насколько я помню, нос у нее как клюв у коршуна, рожа вся в прыщах, а грудь плоская, как у мальчишки.

– Ладно, сестру ты выдашь замуж – а дядья?"

"– Дядья… – По праву Теон как наследник шел впереди трех братьев отца, однако женщина коснулась больного места. На островах нередко случалось так, что сильная рука дяди отпихивала в сторону слабого племянника, который при этом обычно прощался с жизнью. «Но я не из слабеньких, – сказал себе Теон, – и стану еще сильнее, когда отец умрет». – Они для меня не опасны, – заявил он. – Эйерон пьян от морской воды и собственной святости и живет только ради своего бога…

– Разве его бог – не твой?

– Отчего же, мой. То, что мертво, умереть не может. – Он улыбнулся уголками губ. – Если я буду говорить слова вроде этих, с Мокроголовым у меня не будет хлопот. А Виктарион…

– Лорд-капитан Железного Флота и могучий воин. В пивных только о нем и поют.

– Когда мой лорд-отец поднял восстание, он отплыл в Ланниспорт вместе с дядей Эуроном и сжег флот Ланнистеров прямо на якоре, – вспомнил Теон. – Но этот план принадлежал Эурону. Виктарион все равно что большой серый буйвол – сильный, неутомимый и послушный, но скачку выиграть не может.