Игра престолов. Битва королей

Только странное дело… все те годы, что я был рыцарем, я, в сущности, был дураком, а теперь, когда я дурак, я почему-то чувствую себя рыцарем. А причиной этому вы… ваше милосердие, ваше мужество. Вы спасли меня не только от Джоффри, но и от себя самого. В песнях тоже поют о дураке, который был величайшим рыцарем всех времен…

– Флориан, – дрожащим голосом произнесла Санса.

– Я буду вашим Флорианом, прекрасная леди, – смиренно сказал Донтос, упав перед ней на колени.

Санса медленно опустила нож. Голова вдруг стала очень легкой, словно она плыла. «Это безумие – доверяться такому пьянице, но если я откажу ему, представится ли случай снова?»

– Как… как вы намерены увезти меня отсюда?

– Труднее всего будет вывести вас из замка. Когда мы это сделаем, вы сможете уплыть домой на корабле. Я должен буду найти деньги и сделать нужные приготовления, вот и все.

– А нельзя ли уйти прямо сейчас? – не смея надеяться, спросила она.

– Нынче же ночью? Нет, миледи. Боюсь, что нет. Сначала мне надо придумать надежный способ вывести вас из замка, когда время придет. Это будет нелегко и не так скоро. За мной ведь тоже следят. – Он облизнул губы. – Может быть, вы уберете свое оружие?

Санса спрятала нож под плащом.

– Встаньте, сир.

– Благодарю, прекрасная леди. – Сир Донтос неуклюже поднялся на ноги, отряхивая колени. – Страна еще не знала более достойного человека, чем ваш лорд-отец, но я остался в стороне и позволил убить его. Я ничего не сказал, ничего не сделал… а вот вы, когда Джоффри хотел меня убить, вступились за меня. Леди, я никогда не был героем, я не Раэм Редвин и не Барристан Храбрый. Я не побеждал на турнирах, не отличался на войне… но все-таки я был рыцарем, и вы помогли мне вспомнить, что это значит. Моя жизнь немногого стоит, но она теперь ваша. – Сир Донтос положил руку на скрюченный ствол сердце-дерева, и Санса заметила, что он дрожит. – Перед богами вашего отца клянусь вернуть вас домой.

Он поклялся – поклялся перед лицом богов.

– Я отдаю себя в ваши руки, сир. Но как я узнаю, что время пришло? Вы снова пошлете мне письмо?

Сир Донтос беспокойно огляделся:

– Это слишком опасно. Лучше приходите сюда, в богорощу, – так часто, как только сможете. Это самое безопасное – единственное безопасное – место. Больше встречаться негде – ни у вас, ни у меня, ни на лестнице, ни во дворе, даже если нам кажется, что мы одни. Камни в Красном Замке имеют уши, и только здесь мы можем говорить свободно.

– Хорошо. Я запомню.

– И если при других я покажусь вам жестоким, насмешливым или равнодушным, простите меня, дитя. Я должен играть свою роль, и вы делайте то же самое. Один неверный шаг – и наши головы окажутся на стене рядом с головой вашего отца.

– Я понимаю, – кивнула она.