Испорченный король

Я бы предпочла терпеть издевательства, чем отдаться ему.

– Нет.

Я таращусь на него.

– Нет?

– Если ты раздвинешь ноги, я не оставлю тебя в покое. Мне нравится владеть твоим телом, но это не единственное, что меня интересует.

– Тогда чего еще ты хочешь?

Его голос понижается до навязчивого шепота.

– Каждую. Гребаную. Часть. Тебя.

Мой рот приоткрывается, но слова не выходят.

Ронан спасает меня, когда врезается в спину Эйдена. Последний остается на месте, пока ухмыляющийся Ронан обводит рукой его плечо.

– Эй, Кинг! Пора обедать.

Эйден бросает на него сердитый взгляд, но его голос спокоен.

– Ты в списке смертников еще со вчерашнего дня.

– Упс, я не вовремя? – Его пытливый взгляд перебегает с меня на Эйдена.

Последний продолжает пристально смотреть на него.

– Проваливай.

– Я ранен, приятель. – Он массирует свою грудь. – Подобные слова вызывают у меня проблемы с чувством ненужности.

Мои глаза расширяются, когда я сглатываю.

– У тебя проблемы с чувством ненужности?

Он кивает, глядя на Эйдена из-под опущенных ресниц.

– И он продолжает напоминать мне о них. Connard[11].

– Эй! – Я толкаю Эйдена локтем. – Это может оставить на нем шрам.

Он наблюдает за мной с удивлением, как будто наслаждается шоу.

– Я уже прохожу курс терапии, – продолжает Ронан.

– Заткнись нахрен, или единственная терапия, которую ты пройдешь, – это лечение сломанного носа.

– Только не нос, Кинг. – Ронан прячет его ладонью. – Это дерьмо слишком аристократично.

– Не будет, когда я его сломаю.

– Подожди. – Я смотрю на них с ошарашенным выражением лица. – Ты пошутил?

– Ты выглядела чертовски очаровательно. – Улыбается Эйден.

– Э-э… минутку. – Ронан смотрит на Эйдена так, словно у него выросла дополнительная голова. – Ты только что сказал «очаровательно»?

Бесстрастное лицо Эйдена возвращается.

– Нет, нет, нет… Не закрывайся. Давай, Кинг. – Он достает свой телефон. – Скажи еще раз, мне нужно заснять это на камеру.

Эйден смотрит в камеру Ронана и раскрывает рот.

– Пошел. Ты. На…

Ронан обрывает его, засовывая телефон в карман. Затем он наклоняется и шепчет:

– Я дам тебе сотню, если ты запишешь, как он говорит подобную чушь.

– Что?

– Пять сотен.

Я продолжаю смотреть на него, слишком потрясенная, чтобы что-либо сказать.

– Ладно, последнее предложение. Нэш и Найт тоже заплатят по пятьсот долларов каждый. Это полторы тысячи."

"Эйден встает между нами, прерывая односторонние переговоры Ронана.

– Разве тебе не нужно куда-нибудь пойти? – спрашивает Эйден.

– Mais non[12]. Мне и здесь хорошо. – Ронан улыбается как чеширский кот.

– Пойдем пообедаешь с нами, Элли.

– Элли? – огрызается Эйден.

– Что? Кимми называет тебя так, не так ли?

– Разве ты не называешь меня Отмороженной?

Он приподнимает плечо.

– Элли мне нравится больше.