Испорченный король

Мои глаза расширяются, когда я крепче сжимаю карандаш. Он исчезает у меня за спиной так же быстро, как и появился, пока миссис Стоун продолжает свою лекцию.

Я изо всех сил пытаюсь овладеть собой и прогнать ту картину, которую Эйден только что нарисовал в моей голове.

Будь проклят он и его грязный рот.

Пространство между моими ногами нагревается, и я растираю их, чтобы прогнать это ощущение.

Это не работает.

Напротив, трение становится невыносимым, почти как тогда, когда Эйден прижался ко мне ртом и его зубы задевали чувствительную кожу, его язык и пальцы входили и выходили из меня, пока…

– Мисс Куин?

Я вздрагиваю, услышав голос миссис Стоун, и мои щеки горят.

– С вами все в порядке?

– Что?

– Вы выглядите раскрасневшейся. Вам нужна медицинская помощь?

– Я в порядке. – Я крепче сжимаю карандаш, желая, чтобы земля разверзлась и поглотила меня.

Когда она уходит, низкий скрипучий голос бормочет:

– К тебе возвращаются какие-то воспоминания?

– Заткнись, – шиплю я.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы увидеть самодовольную ухмылку Эйдена.

После двух утренних занятий я собираю свои учебники, машу Ким и направляюсь в раздевалку, решив пропустить обед.

Тетя велела мне купить в продуктовом магазине мою еду, но сегодня утром я об этом забыла.

Высокая фигура появляется передо мной прежде, чем я сворачиваю за угол в раздевалку. Я ненавижу то, как трепещет мое сердце при виде него. Я ненавижу то, как идеально он выглядит в куртке команды и как его длинные ноги делают его похожим на модель.

Я ненавижу в нем все: от легкой кудрявости его темных волос до соблазнительных губ и острой линии подбородка, которой не должно быть у восемнадцатилетнего парня.

– Я ненавижу тебя, – говорю я ему со всем сдерживаемым разочарованием, которое испытывала этим утром.

– Я думаю, что это не так, сладкая, но ты этого определенно хочешь. – Он тянется ко мне и треплет за щеку. – Ты чертовски очаровательна, когда краснеешь.

Он убирает прядь волос мне за ухо. Этот жест такой заботливый и нежный, что почти разрушает мою оборону.

Потом я вспоминаю, что он социопат и, возможно, делает это только для того, чтобы я ослабила бдительность в его присутствии.

– Почему ты никогда не распускаешь волосы? – Его пальцы массируют мой череп, как будто он очарован этим действием.

– Мне просто не нравится.

Он наклоняет голову набок.

– Почему?

Я и сама не знаю.

И его заботливый поступок не отвлечет меня от его демонической души.

Я вырываюсь из его объятий.

– О чем ты думал вообще?

Он возвращается к поглаживанию моих волос, как будто не может удержаться от этого.

– Когда?

– В классе!

– Когда миссис Стоун застала тебя за визуализацией моих слов?

Мои щеки пылают, и я отворачиваюсь."

"– Это неправда.

– Лгунья.