Король драконов и Принцесса-Апельсин

– Сегодня я подожду, – пообещал Тюнвиль, – но завтра…

– Завтра, завтра, – закивала она.

Он поцеловал её ещё раз – крепко, куснув за нижнюю губу, чтобы загорелась, а потом выпрыгнул в окно, обернувшись в воздухе, и с удовольствием увидел, как принцесса вцепилась в подоконник, наблюдая, как он расправил крылья во время падения и взмыл выше крыш.

Всё же, Тюнвиль не слишком доверял ей, поэтому болтался рядом с башней, совсем не заботясь, что перепугает обитателей дворца. Но вот фигурка принцессы Хильдерики показалась на галерее, в сопровождении придворных дам и служанок, и Тюнвиль со спокойной душой полетел к себе.

Мурлыча под нос песенку, он быстро оделся, пригладил уже наполовину просохшие волосы, и отправился в трапезный зал.

Принцесса уже была там – сидела рядышком с принцем, но стоило Тюнвилю войти, как она вспыхнула румянцем, задрожала и чуть не выдала себя с головой.

Хотя, пусть бы и выдала. Тогда всё закончилось бы быстрее.

– Ты опоздал, – проворчал Рихард, когда Тюнвиль занял свободное место рядом с королём Атангильдом, как раз напротив принцессы Хильдерики.

– Прости, – беззаботно ответил Тюнвиль, не спуская глаз с принцессы.

– Хорошее настроение? – осведомился Рихард. – Улыбаешься, как… – он замолчал, но и так было понятно, что он хотел сказать.

Тюнвиль, и правда, чувствовал себя сейчас абсолютно счастливым. Глупо счастливым. И это было самое замечательное чувство, что он переживал за всю свою жизнь.

– Вина, господин? – слуга, дрожащий, как осиновый лист, держал кувшин, и Тюнвиль кивнул, подставляя бокал.

Терпко пахнущая алая струя полилась из серебра в серебро, и Тюнвиль сразу сделал большой глоток, ощущая на языке привкус зрелого винограда и нежный вкус недавних поцелуев. Он взглянул поверх бокала, и как-то нечаянно встретился взглядом с принцем Альбиокко.

Тот смотрел на дракона с подозрением, чуть прищурив левый глаз.

– Ваше здоровье, принц, – Тюнвиль отсалютовал ему бокалом и улыбнулся ещё шире.

Потому что это была безусловная победа. Его высочество проиграл и потерял и сестру, и жену.

Глава 18. Когда мир сошёл с ума

Весь ужин я просидела, как на иголках. Хильдика была тиха и скромна, как обычно, но когда на секунду вскидывала глаза, то герцог Тюнвиль сиял, будто медный таз, который на славу отдраили песком. И этот таз таращился на Хильдику совершенно беззастенчиво. И ещё по-дурацки улыбался при этом.

Не меня одну беспокоило такое поведение. Я заметила, что король Рихард поглядывал на брата с подозрением и хмурил брови.

Зато самозванка болтала за троих.

Надо признать, болтала она занятно и по делу.