Король драконов и Принцесса-Апельсин

– Как вы встретились с мужем? – продолжал расспросы Тюнвиль. – Мне говорили, это была какая-то невероятная встреча… Возможно, если я узнаю о нём побольше, то он мне даже понравится.

– А он вам не нравится? – она изумлённо вскинула брови и опять рассмеялась."

"Этот смех в ночи, на морском берегу, отозвался в Тюнвеле странной дрожью. Причём, дрожало не тело – задрожало что-то внутри, в груди. Там, где у всякого живого существа полагалось быть сердцу. Опасное чувство. Он подумал о древних чарах Солерно. Может ли такое быть? Рихарду тоже поначалу здесь просто не по себе…

– Принц ведёт себя слишком неуважительно по отношению к моему брату и своему королю, – Тюнвиль старался держаться от принцессы на расстоянии, но девичье тепло так манило, так притягивало, что он невольно подбирался к ней поближе.

Если бы ещё прикоснуться хотя бы плечом к плечу…

– Вы приехали за его сокровищем, – ответила Хильдерика, не замечая его переживаний. – Ему это тоже… не нравится. Ему многое не нравится, моему мужу. Но если он что-то полюбит, то полюбит навсегда.

– Как полюбил вас? С первого взгляда, наверное?

Она смущённо покачала головой, и Тюнвиль осторожно взял её за руку, сжав ладонь. Принцесса испуганно встрепенулась, но дракон удержал её – мягко, но непреклонно.

– Не с первого взгляда? – засомневался он. – Не верю. Разве вас можно не полюбить, едва увидев?

– Так и было, – она робко пошевелила пальцами, давая понять, что хочет свободы.

Тюнвиль отпустил её руку – медленно, скользнув ладонью по ладони. Это прикосновение обожгло, будто он прикоснулся к самому солнцу. Но ожог был безболезненным. От него лишь вскипала кровь, и драконья сущность заявляла о себе всё сильнее, требуя обладать, схватить, унести…

– Я впервые увидела принца во дворце моего отца, – Хильдерика отступила немного в сторону и даже спрятала руки под мышки. – Отец устроил праздник в мою честь… Вы знаете, что я рождена вне закона, от королевской конкубины, но отец признал меня… Тогда приехало много рыцарей, князей, высоких вельмож… У меня три брата, и все они меня любили и баловали… Они все – очень хорошие воины, и прекрасные наездники… Но когда появился принц Альбиокко… – голос её дрогнул, и Тюнвиль ощутил самые великолепные муки ревности, потому что рассказывая о событиях более чем семилетней давности принцесса выглядела такой мечтательной и… счастливой.

– И когда принц появился?.. – осторожно подсказал он.

– Я сразу его заметила, – продолжала она, глядя теперь гуда-то в море. – Его невозможно было не заметить. Он такой красивый, и сиял, как солнце.

– Был весь в золоте? – уточнил Тюнвиль.

– Нет! – со смехом ответила принцесса. – Он был в чёрном. В трауре по умершей матери. Но его лицо, осанка… он выделялся среди всех. Отец устроил состязания...