Король гордости (ЛП)

Леонора Янг, и Паркер, и Феликс, и все остальные люди, которых я так или иначе подвела.

Я не унижал тебя. Я попросил тебя о том, что ты нам обещала.

Преследуй свои мечты.

Ты закончишь это. Ты слишком сильна, чтобы не делать этого.

Ты и мой сын — плохая пара.

В клубе действует строгое правило, запрещающее отношения. Это четко прописано в вашем контракте.

Это почти закончено, верно?

— Просто остановись. — Эмоции расщепили слоги пополам. — Я не собираюсь возвращаться. Позволь мне разобраться с этим самой, хорошо?

Я не знала, что я собиралась делать, но я знала, что не смогу этого сделать, когда Габриэль нависает надо мной. Его суждение выбило бы из меня всякую свободу мысли.

Последовала долгая пауза.

Затем он встал, его тень окутала меня под светом фонарей во внутреннем дворике.

— Это твой выбор, — сказал он, его тон был холодным от неодобрения. — Но не говори, что я тебя не предупреждал.

Секунду спустя дверь за ним закрылась, оставив меня одну в темноте и страдании.

ГЛАВА 36

— Я хочу, чтобы это было сделано чисто. Никакого шантажа, никакого обхода закона, — сказал я. — Я не хочу, чтобы хоть одна незаконная деятельность привела ко мне.

— Если ты настаиваешь. — Плавный протяжный голос Кристиана Харпера растекся по всей линии. — Должен сказать, что прошло много времени с тех пор, как я имел дело с кем-то, у кого такая непоколебимая мораль. Это почти освежает.

Только Кристиан мог произнести слово «мораль» с таким сильным презрением.

Откинувшись на спинку стула, я постучал ручкой по столу. Я старался свести свои отношения с ним к минимуму, но когда дело доходило до обнаружения цифровых следов и выкапывания компромата, ему не было равных. Он был единственным, кто мог дать мне то, что мне нужно, до церемонии перехода генерального директора на следующей неделе."

"Фрагменты из моего разговора с Тобиасом в пятницу врезались в память. Поначалу он неохотно разговаривал, но горечь и обида оказались эффективным средством, развязывающим язык. В течение получаса он раскрыл истинную причину снятия своей кандидатуры — конверт, содержащий откровенные фотографии его дочери, сделанные в течение двух месяцев, и анонимную записку с угрозой причинить ей вред, если он не выйдет из гонки за пост генерального директора.

Бурлящая ярость обожгла мои вены, но я отогнал ее в сторону, чтобы сосредоточиться на текущей задаче. Мне нужно было тщательно спланировать свои следующие шаги, иначе все это развалилось бы.

— Мне нужны доказательства к завтрашнему закрытию, — сказал я. — Ты можешь это сделать?

— Пожалуйста. Эта работа детская забава. — Голос Кристиана звучал скучающе. — Я уже нашел то, что тебе нужно.