Король гнева (ЛП)

Если бы я разорвала помолвку, мои родители никогда больше не увидели бы меня и не заговорили бы со мной. Они не были идеальными, но перспектива оторваться от семьи и остаться в полном одиночестве заставляла май—тай опасно бурлить в моем желудке.

Изабелла не могла этого понять. В культурном плане мы были похожи, хотя она была филиппинской китаянкой, а не гонконгской. Но она была из большой, любящей семьи, которая не возражала против ее переезда через всю страну, чтобы работать барменом и реализовывать свои писательские мечты.

Если бы я выразила подобные желания своим родителям, они бы либо заперли меня в комнате и провели обряд экзорцизма, либо выбросили бы на улицу, образно говоря, без одежды на спине.

— Я не хочу разочаровывать их, — сказала я. — Они вырастили меня и многим пожертвовали, чтобы я могла жить так, как живу сейчас. Брак с Данте поможет всем нам.

Семейные отношения не должны быть транзакционными, но я не могла избавиться от ощущения, что я в огромном долгу перед своими родителями за все — возможности, образование, свободу жить и работать там, где я хочу, не беспокоясь о деньгах. Это были предметы роскоши, которых не было у большинства людей, и я не принимала их как должное.

Родители заботились о своих детях. Когда дети вырастали, они заботились о своих родителях. В нашем случае это означало, что дети удачно женились и увеличивали богатство и влияние семьи.

Так уж устроен наш мир.

Изабелла вздохнула. Мы были друзьями с тех пор, как познакомились на занятиях йогой, когда мне было двадцать два года. Занятия йогой не продлились долго, зато продлилась наша дружба. Она знала, что лучше не спорить со мной о моей семье.

— Хорошо, но это не отменяет того факта, что ты не разговаривала с ним, когда ты переезжаешь к нему на следующей неделе.

Я теребила свой сапфировый браслет. Я могла бы отказаться от своей квартиры в Вест-Виллидж, чтобы переехать в пентхаус Данте в Верхнем Ист-Сайде, но какой в этом смысл? Я бы только зря потратила время, споря с отцом.

Однако, кроме адреса Данте, у меня не было никаких деталей для переезда. Ни ключей, ни требований к зданию, ничего.

— В конце концов, ты должна поговорить с этим человеком, — добавила Изабелла. — Не будь слабачкой.

— Я не слабачка. — Я повернулась к Слоан. — А я?

Она подняла взгляд от своего телефона. Технически, никому из нас не разрешалось проверять свои телефоны во время счастливого часа. Тот, кто нарушал это правило, должен был оплатить счет за вечер.

В действительности, Слоан финансировала наши счастливые часы последние шесть месяцев. Она превратила работу в трудоголизм.

— Хотя я не согласна с советами Изабеллы в семидесяти восьми процентах случаев, она права. Ты должна поговорить с ним, прежде чем переезжать. — Элегантное пожатие плечами.