Король Драконов: сильнее смерти

Они падали в осеннюю талую слякоть, разбивались на белоснежные комки, и конь Демьена мчался по их раскрошившимся телам, словно по белым островкам в чернильное море, из которого жуткими черными щупальцами выныривали черные плети плюща, то и дело норовящего обвиться вокруг ног скакуна и свалить его во влажный черный рыхлый ковер из мертвых листьев.

Подняв лицо к хмурому небу, Демьен выкрикнул что-то, отчего к свинцовым облакам с криками взлетела стая ворон да попадал с лап старых сосен снег.

— Что ты делаешь, — прокричала Ежинка в отчаянии, — что ты делаешь?! Нас обнаружат! Нас услышат!.

— Я зову друзей, — ответил Демьен. — Они нам помогут!

Обледеневшей дорожка вывела их на круглую полянку — конь, храпя, кося бешеными глазами, раздувая красные ноздри, влетел на нее, и сбавил шаг, сразу провалившись чуть не по колено в рыхлые свежие сугробы. Посередине поляны стоял домик — небольшой, больше похожий на хрустальный крохотный замок, — окна его были темны и непроглядны, а вокруг пышными волнами лежал искристый снег, похожий на самую роскошную песцовую шубу, небрежно кинутую на землю.

Но и тот стремительно таял; обернувшись назад, Демьен увидел, что мертвая осенняя слякоть быстро наступает, настигает их, стирает белое покрывало, и снег разливается грязными лужами по черной земле.

— Молодой Король, тебе не победить меня…

Голос безумной Осени звучал словно бы отовсюду, и был он ужасен и зловещ. Лес, обступивших заснеженную полянку, весь скрипел и стонал, словно порывы сильного ветра ломали и гнули его, сыпались сучья и падали, не выдерживая яростного напора магии злой Осени, старые трухлявые стволы. И жуткое чёрное воинство лезло, карабкались, затаптывая белизну снега, наступало, готовое поглотить и растерзать единственный белый островок зимы, оставшийся в лесу, и испуганных путников.

— Иди к нему! — крикнул Демьен, спрыгнув с коня и стащив испуганную Ежинку на землю. Но та, провалившись в обжигающе-холодный снег, встала как вкопаная, и никуда идти не спешила. Ее тонкие ручки повисли беспомощно вдоль тела, ветер перебирал растрепавшиеся волосы на ее склоненной голове."

"— Ну?! Что же ты!

— Но я не принесла воды, — в отчаянии прошептала Ежинка. — Я потеряла свое ведро. Мне нечем ему помочь… Я никчёмный помощник…

В ее темных отчаянных глазах, налившихся слезами, отразилось такое горе и отчаяние, что у Демьена едва сердце не разорвалось от жалости к этому маленькому доброму существу. Демьен порывисто шагнул к девушке, ладонью утер первые, катящиеся по щекам, слезы.

— Нет, — ободряюще произнес он. — Нет, что ты! Ты лучший в мире помощник. Смотри, что мы привезли ему — это намного лучше, чем вода!

Он запустил руку за пазуху и вынул мешочек со временем, маленький и увесистый.

— Отдай ему.