Король драконов и Принцесса-Апельсин

И наша любовь, конечно же. Только не бойся… ничего не бойся…

– Я и не боюсь, – ответила она, затихая, и храбро всхлипнула.

Из башни дракон и принцесса выбирались так же отважно – он вылез первым, превратился в дракона и сделал круг над дворцом, чтобы вернуться и распластать крылья как раз под окном, где сидела на подоконнике принцесса.

Когда девушка забралась к дракону на спину, он плавно поднялся и полетел к морю, ничуть не заботясь – видели их слуги и придворные, или нет.

Несколько минут полёта – и дракон со своей драгоценной ношей приземлился на песок, у самой кромки прибоя.

Море взволнованно нашёптывало что-то, словно упрашивало, уговаривало, и Тюнвиль, обернувшись человеком, посчитал, что правильно разгадал этот шёпот.

– Я был таким болваном, – сказал герцог, обнимая принцессу Хильдерику, доверчиво прижавшуюся к нему. – Ревновал тебя к девице!.. Где глаза мои были, спрашивается? Надо было сразу понять, что таких противных и смазливых юнцов не бывает. Да он всегда вёл себя, как капризная красотка…

– Как ты узнал? – спросила она вполголоса, не поднимая глаз, но сама уже обнимала его за шею – робко, дрожащими руками, но с такой нежностью, что впору было растаять даже камню.

– Рихард её разгадал, – Тюнвиль решил не уточнять, каким образом его братец раскрыл секрет принцессы Аранчии. – Но куда она дела настоящего принца? Это чертовка какая-то, а не женщина!

– Не говори так, – строго одёрнула его Хильдерика. – Она… она – великий человек.

– Странно говорить «она» про этого щенка, – подхватил дракон, – но «она» – мне больше нравится. Пусть даже она прикончила своего братца…"

"– Аранчия никого не убивала! – Хильдика выкрикнула это так гневно, что Тюнвиль на мгновение опешил. – Принц Альбиокко умер… давно… – продолжала принцесса, уже остывая и снова робко опуская ресницы и осторожно, но трепетно поглаживая дракона по голым плечам. – Они оба заболели… Аранчия и её брат… Тогда много человек умерло… Аранчия выжила, а её брата спасти не удалось…

– Иди-ка сюда, – Тюнвиль сел на плоский камень и притянул принцессу к себе на колени. – А теперь рассказывай.

Рассказ о тайне Солерно занял довольно много времени, потому что перемежался слезами, клятвами и поцелуями. Тюнвиль гладил принцессу Хильдерику по голове, пропуская сквозь пальцы мягкие шелковистые пряди, и блаженствовал.

Теперь, когда тайна Солерно была раскрыта, ему всё представлялось в ярком и радужном свете. Нет больше выбешивающего соперница, есть желанная девственница, которая сейчас горит жарче солнца, и есть море и ночь. А потом будут ещё много ночей, и дней тоже… Потому что любовной страсти такой силы за пару ночей не охладить…

– От лжи так устаёшь, – закончила свой признание Хильдерика и прижалась щекой к щеке Тюнвиля.