Корабль Джоре. Лабиринты подземелья. Дилогия (СИ)

С Жуделом связываться не захотел, слишком жаден и слишком не чист на

   руку, так про него сказал, сопровождающий его паренек, отрядный ясновидящий... Эйтину еще предстояло спуститься глубоко в подземелье, чтобы добыть митрилл для выкупа своих старейшин.

   Рампил накинул мне на плечи постромки и я напрягая мускулы потащил бочку с дерьмом дальше по улице. Как и говорил раньше, угораздило нас попасть в рабство

   к золотарю. Теперь весь цвет монастыря илтингов, весь совет старейшин ходит по

   заданию золотаря по улицам и работает, вычерпывая нужники у хозяев таверн,лавок

   и гостиниц, когда у простых жителей, лишь бы платили серебро или медь.

   Старики работали по пять, шесть человек на одну бочку, ну а я таскал бочку один,

   Гарт, хозяин золотарей, сказал тебя и одного много. Так как у меня не было кистей

   в помощь мне придали старика Рампила, мастера иллюзий *илтингов*, я поближе

   подгонял бочку и мастер ведром с веревкой вычерпывал все из нужников.

   Рампил был настолько стар, что и передвигался то с трудом, я его сажал верхом на бочку и так мы передвигались до следующего дома. Старик был мне признателен и в благодарность учил меня своему исскуству иллюзий. А для каждой бочки, Гарт

   нанимал мальчишек- погощиков. У нас это был уже второй.

   Первым погонщиком у нас был тоже раб, похожий на крысеныша мужчина средних лет,

   его так и звали Крыс. Так вот погонщики пользовались у хозяина Гарта, относительным доверием. Они с утра бегали по улицам и искали кому нужны услуги

   золотарей и договаривались о цене, смотря какой объем работ надо выполнить.

   Хозяин за всеми не успевал, поэтому некоторым погонщикам доверял собирать монеты

   с клиентов. Таким доверием пользовался и Крыс. Всю жизнь с детства его унижали

   и шпыняли все кому не лень, и родился он от какой-то проститутки, А теперь встав

   на одну ступеньку *выше* по социальной лестницы, он вовсю унижал бедных монахов-

   илтингов. По малейшему поводу и даже без,старцы подвергались постоянным издевательствам и унижением, он оправдывал свое прозвище *крыс*.

   Чашу моего терпения переполнила его последняя выходка, когда опоржнив свои бочки

   старики прикатили их во двор на обед.

   Все работники-золотари усаживались за длинный стол, где их обедом кормила кухарка рабыня. Погонщики садились раньше и обедали отдельно, их кухарка обслуживала первых.

   В тот день *Крыс* почему-то особенно был в ненастроении и срывал то и дело

   злобу на нас с Рампилом. Своими придирками он довел меня почти до белого каления,

   меня успокаивал все время мастер.

   А сейчас поев, он со злостью смотрел как усаживаются за стол монахи обедать.