Копья и пулеметы

Но гораздо важнее, интереснее, многозначительнее другое: буквально на следующий день после убийства отца Александр Первый (еще не коронованный, но уже законный император) одним из своих первых указов упразднил созданную Павлом ликвидационную контору – организацию, которая должна была обеспечить полное прекращение английской торговли в России), снял арест с английских кораблей и английского имущества в русских портах, вернул английским купцам все их прежние торговые привилегии. Вскоре и дипломатические отношения между двумя империями были восстановлены в полном объеме.

Что меня заставляет брезгливо морщиться – так это то, что «властитель слабый и лукавый», как презрительно отозвался об Александре Первом Пушкин, проделал все это совершенно бесплатно. Те, что старательно отработали английское золото, по крайней мере, старались за что-то материальное, добросовестно – если только тут уместно это слово – поработав наемными убийцами."

"Вот, кстати, об английских деньгах. С откровенным злорадством должен уточнить, что часть их убийцы недополучили. Причем отнюдь не по вине англичан – у тех была привычка до копеечки расплачиваться с теми, кто делал для них невозможную грязную работу. Уже после убийства Павла англичане передали заговорщикам два миллиона рублей, но известная читателю Ольга Жеребцова их беззастенчиво присвоила. Хитрая красотка била наверняка: заговорщики никак не могли пойти в суд или к властям и пожаловаться: помогите, нам тут англичане должны были заплатить еще два мильёна за убийство государя императора Павла, а эта стервь Олька Жеребцова их себе захапала… Ну а подсылать в таких случаях «братков» было в те времена как-то не принято. Так что заговорщикам оставалось лишь в бессильной злобе материться…

Источник надежнейший – В.И. Лопухин. Из того самого дворянского рода, из которого происходила первая жена Петра Первого Евдокия, действительный тайный советник (штатский генерал) и сенатор, его сестра впоследствии стала женой сына Ольги Жеребцовой. Вращался в самых что ни на есть высших сферах, был человеком предельно информированным.

И в завершение этой грязной истории – не дожидаясь заключительной главы книги, немного мистики. Глава заговора против Павла граф Пален пережил многих своих сообщников, в том числе и Александра Первого (хотя был гораздо старше его годами). Умер только в 1826 г., успев застать и декабристский мятеж. Княгиня Д.Х. Ливен, современница событий, оставила интересные воспоминания об одной из привычек графа: «Пален закончил существование в одиночестве и в полном забвении. Он совершенно не выносил одиночества в своих комнатах, а в годовщину 11 марта регулярно напивался к 10 часам вечера мертвецки пьяным, чтобы опамятоваться не раньше следующего дня».