Координата поврежденности

Поверь, я знаю, о чем говорю. А вот из-за пропажи талантливого студента он и вправду поднимет тревогу. – На него внезапно нашло резкое безразличие, что самые болезненные подспудные раны обнажились перед чужаком. Они прикованы и избиты, не в состоянии защитить себя. Все, что было важно раньше, теперь утратило смысл.

– Черт! Я же сообщил Кхун Нун о ночном дежурстве, когда позвонил и спросил о том, куда ты мог поехать после занятий. Но вот твое исчезновение – другое дело. Когда она не сможет связаться с тобой, то сообщит твоему отцу, даже если его не будет дома, – Лайт говорил взволнованно и обнадеживающе.

Мину хотелось накричать на него, ведь парень верил в мир, где членам семьи попросту не может быть наплевать друг на друга, и это жутко бесило. Но посмотрев на Лайта, он разглядел в его глазах надежду, которая давала силы держаться. Докторишка старался зацепиться за нее руками, ногами, да чем угодно, ведь иначе их ожидало тотальное поражение.

– Я… надеюсь, – поддавшись чужому настрою, сказал Мин.

Правильно, нечего сдаваться. Пусть Вонграт-старший и не отец года, но не настолько мудак, чтобы забить на пропажу сына. Они выберутся из этого ада. И тогда он будет хоть каждый день подвозить Лайта до университета и обратно до дома. Главное – вернуться.

Мин наконец взял себя в руки и вновь внимательно осмотрел помещение.

– Интересно, где мы?

– Рты нам ничем не заткнули, а значит, они не боятся, что нас могут услышать. Скорее всего, мы где-то в глуши на каком-то заброшенном складе, – высказал Лайт предположение, которое и Мину пришло в голову.

– А у вас на медицинском не учат, что делать, если тебя приковали наручниками? К примеру, как открыть замок без ключа?

– Когда выберемся отсюда, непременно предложу разработать курс по вскрытию замков и искусству побега и сделать его обязательным предметом для каждого студента, независимо от специальности.

В любой другой ситуации Мин пришел бы в негодование от несправедливости, что именно навязанный отцом парень так легко улавливал его иронию и мог без труда сострить в ответ. Не кричать, не сходить с ума, а наоборот, каким-то образом помогать справляться с критической ситуацией. Мысль, что он не один, держала на плаву. За нее удавалось цепляться, чтобы не рухнуть.

– Мин… – снова заговорил Лайт спустя некоторое время. До этого парень что-то упорно рассматривал, изредка кряхтя, но Мин подумал, что тому просто неудобно или больно. – Кажется, если я постараюсь, то смогу выскользнуть из наручников, правда придется сломать сустав большого пальца. Я читал об этом в учебниках и видел в парочке фильмов.

– Понимаю, ты сейчас живешь дома у опытного доктора, и даже если тебе отрежут палец, мой отец пришьет тебе новый, но давай без экспериментов. Ты и так плохо выглядишь.