Координата поврежденности

Я не заметил между вами конфликтов за прошедшие недели. Я спрашивал Нун, она сказала, что мальчик проводит тут не больше времени, чем я, – мужчина усмехнулся, довольный этим сравнением.

Наверное, мечтал, чтобы Лайт был его сыном, а не он. Но этой мечте не суждено сбыться. Даже если отец подселил идеального претендента в свой дом.

– Так значит до выпуска. Отлично, – с сарказмом произнес Мин, злясь на самом деле на то, что отец, как и всегда, не замечал и не думал о его чувствах.

– Надеюсь, за это время вы научитесь чему-то друг у друга. Лайт очень ответственный юноша, несмотря на его внешний вид. Вы, молодежь, любите ярко выражать себя, поэтому, знаю, он может вызвать предвзятое первое впечатление, однако он мудр и рассудителен не по годам. – Отец не желал замечать, что своими словами еще больше провоцирует его.

– Я не заказывал себе пример для подражания.

– Трудись так же ради поставленной цели, и тогда мне не придется искать этот пример на стороне, – последние слова произнеслись в редкое мгновение потери самоконтроля, Мин это видел, но это уже ничего не меняло, даже если отец и добавил: – Прости, это не то, что я имел в виду.

Однако откровений на сегодня было достаточно. Он и так наговорился с отцом на месяц вперед, получил очередную дозу презрения и оскорблений и не позволил тому закончить.

– Я сделаю, как ты просишь: уживусь с ним, буду вежлив, но дай мне спокойно дышать и дальше. Это единственное, чего я хочу от тебя, – не дожидаясь ответа, Мин вышел из кабинета и чуть не столкнулся с Нун.

Какая банальщина – прислуга их подслушивает.

– Сынок, твой отец не хотел тебя обидеть.

Он не нуждался в жалости. Да, эта женщина растила его, но она не была его матерью. Его мать умерла. И ничто не позволит забыть об этом. Эти стены всегда будут шептать, разнося отравляющие и разрушающие воспоминания по каждому сантиметру этого огромного, но одинокого дома.

– Не сейчас, – он отстранился, когда она попыталась прикоснуться к нему и, обойдя женщину, последовал в свою комнату.

Со злостью хлопнув дверью, он повалился на кровать. Мин не узнал ничего нового. Незачем растрачивать нервы зря. Желчь и досада опять переполняли его, как если бы в ванной забыли вовремя выключить воду, где лился самый обжигающий кипяток. Он жаждал смеяться и улыбаться дома, а не искать эти эмоции в других местах, хотя все это давно превратилось в еще одну несбыточную мечту. Пора уже было открывать личное кладбище, где почили бы все его мечты, погребенные под обстоятельствами жизни.

Мин пролежал минут пятнадцать и, очистив голову от бесполезных мыслей, а тело от ненужных эмоций, решил выбраться из дома куда подальше. Быстро принял душ, переоделся и, захватив телефон и ключи от машины, вновь оказался в коридоре.

Из соседней комнаты долетал шум.