Конунг Туманного острова (СИ)

Когда-нибудь этот небольшой городок обрастет домишками, тут поселятся люди, которые всегда липнут к воинам, словно мухи, но пока здесь почти безлюдно и очень, очень тихо.

Конец лета был весьма жарким, ведь тут, в Испании, солнце часто балует людей своей милостью. Это же не сумрачная Норвегия. Впрочем, для данов, которые много месяцев провели в прокаленном, словно печь, Гелиополисе, та прохлада, что дарило море, казалась неслыханным счастьем. Они и сами не подозревали, до чего им опостылел Египет, с его песчаными бурями, дерьмовой водой и шумным, словно обезьяны, народом. Огромный, тяжело груженный дромон, на носу которого стояло две рослых фигуры, мужская и женская, вошел в бухту первым.

— Сигурд-конунг свой корабль

Улыбкою Локи рекомый

К острову бриттов направил.

Жителей тамошних освободит он

От лишнего хлеба, скота и от эля.

Сытой будет данов зима.

Не похудеет ни капли

Сердца отрада его Леутхайд.

Сигурд декламировал очередной стих, подставив ветру разгоряченное лицо. Молодая жена стояла рядом, не говоря ни слова. Она понемногу привыкала к семейной жизни и уже реагировала на поэзию мужа вполне спокойно. А тот, впервые за долгое время найдя благодарного слушателя, превратился в неудержимый фонтан, выдавая одно восьмистишие за другим. К радости Леутхайд, в этот момент корабль подошел к причалу, который длинным языком выдавался в море. Полсотни драккаров ткнулись прямо в песчаное дно бухты, и воины стали прыгать в воду. Они вытащат корабли на берег.

— Из каких будете, парни? — Сигурд окинул удивленным взглядом строящуюся на отвесных скалах крепостцу и словенских ратников, которые вышли на причал встречать армию данов.

— Первый германский, — коротко бросил полусотник с выбритым до синевы подбородком и двумя медалями за храбрость на шелковой рубахе. — Мы тут по полгода служим, а потом назад. Мы люди воинские, куда прикажут, туда и идем. Про вас давно знаем. Припасы и воду берите и отчаливайте.

— А отдохнуть? — удивился Сигурд. — И кстати! Мои парни с самого Карфагена без баб! Тут бабы есть?

— Тут обезьяны есть! — показал сотник на забавных зверьков, противно перекрикивавшихся на каменистых склонах. — А баб нет. И кабака нет. И до ближайшего города десять миль.

— Вот ведь бедолаги вы, — сочувственно вздохнул Сигурд. — Баб нет, вина нет. И так полгода! Я бы спятил от тоски.

— Ничего, — понимающе посмотрел на него полусотник. — Мы не жалуемся. Когда приспичит, десять миль — это не так уж и далеко.

— Где жратва для нас? — покрутил головой Сигурд.

— Туда иди! — ткнул полусотник рукой куда-то в сторону. — Там, под навесом, мешки с зерном лежат и дрова для костра. Готовить сами себе будете. У меня стряпух нет.

— Угу, — буркнул Сигурд, ничуть не расстроенный здешним гостеприимством.