Контуженый (СИ)

Алена садится в постели сжимает грудь, демонстрирует кружевной лифчик и усмехается:

— А я новое белье специально для тебя надела. Купила после первой нашей встречи.

— Ты знала, что мы снова встретимся?

Алена бодает головой мою голову и смеется:

— Контузия заразна! — Она подпрыгивает в постели и садится на колени, чтобы я видел новые трусики: — Представляешь, продавщица уверяла: любой мужик не устоит. Обманула.

Я бросаю взгляд вниз живота, демонстративно вздыхаю:

— Что с тобой делать, Контуженый? — Алена забирает подушку и выходит из спальни: — Спи.

Мы спим отдельно. Утром встречаемся одетыми. Говорим о референдуме, о тяжелых боях, о подлых американцах и не смотрим в глаза друг другу.

Неожиданный звонок Алене. Она слушает, сводит брови и бледнеет.

— У меня его нет. Ушел на первый автобус в Ростов, — говорит она и опускает телефон.

Следующая фраза уже мне:

— Кто-то из «Группы Вагнера» звонил коменданту. Просят тебя задержать. Тебя в чем-то подозревают.

— Это Вепрь. Его брат погиб, а я…

— Никита, это серьезно?

— Они разбираются, я тоже. Пока ничего не ясно.

— Это опасно? — переспрашивает Алена.

— Вчера Михалыч погиб, а я опять выжил. — Я подхватываю рюкзак и, прощаясь в дверях, обещаю: — Я позвоню тебе, Алена.

— Второй раз мне на поруки Контуженого не дадут.

Я иду по Луганску и с каждым шагом осознаю — теперь у меня нет выбора, нужно найти предателя. И чем скорее, тем лучше. Вепрь устал ждать. Он жаждет отомстить за смерть брата, а я должен знать, кто виноват в смерти моих друзей. Предатель ответит по законам ЧВК. Кто бы им ни был. Даже я.

Возможно, меня ищут, но бежать и прятаться — не вариант. Мне нужно в центр города, там ключ к разгадке. При входе на рынок меня останавливают и проверяют рюкзак. Сегодня последний день референдума, а в одном из павильонов работает пункт для голосования. Вчерашний взрыв автобуса заставил власти усилить меры безопасности, а народ подстегнул, как пощечина в драке. Голосовать на референдум пошли все, кто откладывал и не решался.

У павильона с флагами Луганской республики и России слышу знакомый голос:

— Пожалуйста, не толпитесь у дверей. Запускаем группами, растяните очередь. Вы же понимаете, нужно соблюдать осторожность.

Это волонтер Лиза уговаривает людей не создавать толпу. Люди в очереди разные, и молодые, и старые. Делают вид, что слушаются, но не расходятся, стараются быть ближе к заветной двери.

Собравшиеся демонстрируют сплоченность и наперебой подбадривают друг друга:

— Надоело прятаться. Устали бояться.

— Пусть видят, мы за Россию.

— Хоть наши дети и внуки будут жить счастливо.

— Страшно немного, но мы ждали этого восемь лет.

— Мне утром дочка с Севастополя звонила. И про взрыв знает, а все одно: иди голосуй, я за тебя буду молиться.