Малыш по контракту

Его заберут, – разрывает скупыми словами тишину. – Не услышал, сколько ты в долг взяла.

– Большую сумму, – вздыхаю.

– Пятьсот семьдесят тысяч.

Ратмир смотрит на меня с неподдельным удивлением, осматривает пристально:

– Уверена, что брала в ипотеку халупу аварийную взяла, а не дворец какой-то?

– Пятьсот семьдесят тысяч… зелени. Допустим, часть ты в банк отдала, а остальное куда отнесла?

Зелень? О чем это он? Догадка ослепляет.

– ЧТО?! Рублей, Ратмир! Какая зелень?! Я взяла в долг пятьсот семьдесят тысяч рублей… Говорю же, большая сумма.

Ратмир заглядывает мне в глаза, глубоко врезается своим взглядом. Ощущение такое, словно он в меня проникает, заполняет чарующей темнотой и током, волнующими кровь. Его пухлые губы трогает немного ленивой, сытой улыбкой человека, уверенного в себе. Он даже приподнимает указательный палец и манит к себе этим пальцем. Мне стоит больших усилий удержаться на месте.

– Иди сюда, скажу тебе кое-что.

В ответ впиваюсь ногтями в ладонь. Ратмир сам подкатывает ко мне, снимает пряди волос и хрипло шепчет на ушко.

– Пятьсот семьдесят тысяч рублей. Транжира… Растратчица!

– Хватит, – отвечаю со слезами.

– Не реви, сейчас в банк заеду. Деньги возьму.

– Не надо! – взвинчиваюсь.

– Я у тебя согласие спрашивал? Или вопрос озвучил? Нет. Это необсуждаемое. Я отдам деньги за тебя Качееву.

Но машина хлестко пробуксовывает шинами и стартует с места.

– Пристегнись, ты же послушная пассажирка! – советует Ратмир.

Я еще не знаю, как отреагировать на его предложение расплатиться с долгом. Рада, конечно, но чувствую подвох. Совсем недоверчивая стала. С некоторых пор хорошие и бескорыстные намерения остались далеко за пределами моего мировоззрения.

– Я не просила за меня платить.

– По-приятельски, ну же! – белозубой улыбкой сверкает мужчина. – Взамен научу кое-каким фокусам. Кажется, ты кому-то хотела понравиться? – спрашивает небрежно.

Ратмир бросает в мою сторону взгляд, быстрый, но цепкий, как бросок кобры.

– Ничего не изменилось? – уточняет.

– Нет, – облизываю губы кончиком языка. Сильно хочется пить. – А что должно было измениться?

– Ничего. Все верно, – выталкивают его губы. – Продолжим, значит. Только ты больно непослушная для ученицы… – роняет массивную ладонь на мое колено, удерживая на месте пальцами. – Я думал, у тебя синдром отличницы, будешь из кожи вон лезть, а ты…

– Мы были на квартире Альки. Я не хочу быть застуканной! – отвечаю резко. – К тому же там, на лестнице, остался валяться мужик, который так и не пришел в себя.