Контракт

Я согласилась стать твоей невестой, поскольку деньги, которые ты мне платишь, гарантируют, что до самой смерти ей никогда не будет страшно и холодно и она не будет лишена должного ухода. Мне плевать, что ты говоришь или делаешь, потому что твое мнение ничего не значит. Для меня это просто работа. Как бы я это ни ненавидела, я вынуждена терпеть твое скотское поведение, потому что, к сожалению, я нуждаюсь в тебе так же, как ты сейчас нуждаешься во мне.

Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась.

– Надеюсь ли я, что, благодаря мне, ты станешь лучше? Фантазирую ли я о том, что ты в меня влюбишься? Такая мысль даже не приходила мне в голову, Ричард. Ни разу. Чтобы любить, требуется душа, и даже такое «тощее пугало», как я, видит, что у тебя ее нет. – Она глубоко вздохнула. – И когда этот фарс закончится, я уйду и начну все сначала где-нибудь в другом месте. Когда я перестану подвергаться твоим жестоким насмешкам и безразличию, моя жизнь станет лучше во стократ.

С этими словами она поспешила вверх по лестнице, а я остался стоять, проглотив язык.

16

Ричард"

"Я проснулся в растерянности, а спустя мгновение понял, что лежу на диване. Сел и, скривив лицо, схватился за больную голову. Боль была заслуженной, но все равно было паршиво. Я осторожно поднял глаза и с удивлением обнаружил перед собой на столе бутылку воды и лекарство от головной боли. Я проглотил две таблетки и осушил всю бутылку. Когда я встал, одеяло соскользнуло на пол. Я нагнулся его поднять, и в моем затуманенном мозгу забрезжила одна мысль.

После того, как Кэтрин убежала, я выпил еще больше виски. Ее слова не выходили у меня из головы. В какой-то момент я, должно быть, отключился, а она пришла и укрыла меня, оставив лекарство и воду, зная, что я буду страдать, когда проснусь.

Она заботилась обо мне, хотя и разозлилась на меня пуще прежнего. Мои ноги дрожали, когда я сел, вспоминая слова, которые она бросила мне накануне. Когда объясняла, почему согласилась мне помочь. Почему экономила на всем – чтобы заботиться о женщине, которая удочерила ее и подарила ей безопасность и крышу над головой. Я смотрел на нее сверху вниз и унижал ее за это, так и не удосужившись спросить подробности. Я не замечал ее внутренней красоты и не понимал, какой она замечательный человек.

На меня накатила тошнота, и я помчался в туалет, где меня вырвало. Я принял душ и выпил еще таблетку от головной боли. В голове звучали ее слова, и я чувствовал стоящую за ними боль. Я снова и снова прокручивал в голове свое поведение за прошедший год. Свои жестокие насмешки, резкие слова и грубые высказывания. И несмотря на такое мое отношение она ставила на первое место потребности другого человека и не вешала нос.