Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Возвращался обратно он обычно часа через три.

На обратном пути он появился на моей позиции, когда солнце висело над горизонтом, даря свой рассеянный свет земле и зарывшимся в нее людям.

Я как раз нагрел воды в кружке и предложил ему разделить со мной чаепитие. Он всегда был рад пообщаться и поделиться новостями и своими размышлениями по поводу дел на передке. В этот раз он высказал пару дельных советов по поводу предстоящего штурма «Острова».

— А ты потомственный военный?

— Нет, в семье у меня никого военных нет. Я один единственный решил стать военным, — улыбаясь ответил он. — Военным я стал на самом деле чисто случайно. Изначально я планировал работать юристом и поступил на юридический факультет. А потом так вышло, меня забрали на «срочку». Я отслужил срочную службу в городе Вольске, Саратовской области. А тут 2014-й год и первая командировка.

— То есть ты сразу после армии поехал на Донбасс?

— Ага. После того, когда я съездил в первую командировку, мне понравилось. Я решил остаться и продлил контракт. И буквально прошло какое-то время небольшое, я попадаю во вторую командировку — в Сирию. Я служил на «Ураганах», в гаубичном дивизионе. И вот с ними и поехал.

— Лихо ты ворвался в армию. Судьба?

— Не знаю. Просто тут все просто, как и в юриспруденции. Только там ты в офисе. А тут с людьми.

— А офицером, как стал? — спросил я, подливая чая.

Володя неторопливо сделал глоток. Все в его движениях было спокойно и неторопливо.

— В 2015-м году я стал ветераном боевых действий. Высшее образование у меня имелось. Мне предложили бесплатно поехать в Михайловскую военно-артиллерийскую академию и пройти курсы лейтенантов. Вот я и съездил туда на три с половиной месяца. Отучился и получил лейтенанта.

— Ты профессионал. По сравнению с тобой я, конечно, дилетант.

— Спасибо, конечно, тебе «Констебль», что считаешь меня профессионалом, но я себя таким не считаю.

Видно было, что «Горбунок» говорит это искренне, а не для красного словца.

— Мне кажется, в наше время стать профессионалом, это нереально. Да, есть какие-то моменты, которые я, допустим, уже знаю. Как себя вести при обстреле, например… Но в нынешнюю войну все иначе. Даже иначе, чем в четырнадцатом и в Сирии. Даже мне приходится постоянно учиться у тех, кто уже повоевал тут. И я, конечно, делюсь своим немаленьким опытом с новенькими. Но всегда есть что-то новое и для меня. Поэтому тут как бы всегда нужно что-то думать, стремиться и познавать.

— Полностью с тобой согласен. Для меня тут вообще все иначе, чем в Чечне. Я думаю, это и есть профессионализм. Когда ты знаешь основы, у тебя есть стержень знаний, на который ты можешь собирать и навешивать что-то новое, или модифицировать старое. Профессионализм от слова «профессия». А твоя профессия — война.