Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

"

"— Тогда мы валим всех, кто на дорогу будет выходить.

И снайперам тульским скажу, чтобы валили всех. Они тут тоже работают. Помогают нам.

— Валите. Конец связи.

За день до этого наш «Пегас» показывал мне свои съемки, на которых было видно украинских бойцов, которые сидели в окопе. Внезапно двое из них получили по пуле в голову. Было видно, как голова одного из них разлетелась от попадания: его отбросило назад, он дернулся и съехал в траншею. Снайперы из переданного нам подразделения тульских ВДВшников работали красиво.

Сидя в блиндаже на позиции у стелы, я заполнял тетрадку с учетом личного состава, внося в нее изменения, произошедшие за день. В докладе о бойце необходимо было указать его позывной, номер жетона и оружия. Ручек и карандашей тоже не хватало. Пару раз мне приходилось ломать свой карандаш пополам, чтобы трассер отнес его командиру группы. В ведении этой бухгалтерии мне помогал «Бас», с его группой эвакуации, который вел тщательный параллельный учет. «Бас» был скрупулезен, как бухгалтер, и техничен, как боксер, поэтому дисциплина и инвентаризация в его подразделении были на порядок выше, чем в Счетной палате РФ. На тот моменту нас было несколько «БП» — без вести пропавших бойцов, чьи тела не были обнаружены. Также были бойцы, чьи тела лежали у нас на виду, но вследствие сильной интенсивности огня в районе заправки мы не могли их вытащить. Незадолго до этого «Пегас» со своей птицы нашел нашего бойца, который лежал за заправкой ближе к украинским позициям. Я предполагал, что там могут лежать и другие наши пропавшие без вести.

— «Констебль» — «Птице».

— На связи.

— У вас шесть БП. Я не могу понять, где они. С этим нужно что-то делать. С нас спрашивают выше.

— Не шесть, а четыре. Два бойца лежат в двадцати метрах за заправкой. Наши пробовали уже два раза.

— Придумайте, как это можно сделать.

На секунду повисла пауза.

— Я им сам скажу. Нам нужно отчитываться перед командованием отряда. Озаботь там кого-то этим вопросом. Желательно это сделать побыстрее, — настаивал «Птица», у которого были свои задачи, которые он пытался решать через меня.

— Ок. Сделаем все возможное.

— И невозможное, — добавил он и отключился.

Угол, на котором находилась заправка «Параллель», был залит человеческой кровью. На тот момент здесь погибло человек по сорок с каждой стороны, не считая раненых. И конца этому пока еще не предвиделось.

На меня вышел командир и сказал, что мне нужно через час встретиться с соседями на «Дяде Васе». Придя туда, я с удивлением и уважением встретил того самого командира взвода разведки — «Конга». Это был взрослый мужчина с молодыми улыбающимися глазами. Он оказался крепким, как кузнец, и позитивным, как баптистский пастор. Говорили, что у него было около двадцати ранений.