«Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)

Вот они в порядке убывания.

Третье место – корректору Светлане.

Ей было тридцать лет. Только разошлась с мужем-пропойцей, как повезло. Познакомилась с мужчиной исключительного обаяния и замечательной внешности. Трезвенник с легким налетом драматической печали – жена бросила, ушла от него, простого инженера на секретном заводе, к богатому торговцу. На почве взаимного сочувствия и понимания пережитых драм Света и Коля (так его звали) быстро сблизились. Этап цветов, театров и прогулок по скверам занял чуть больше месяца. Еще неделю целовались в парадном. А потом Света отправила дочь к бабушке и пригласила Колю домой.

Как славно Коля говорил! И ни капли не принял, что для Светы было особенно важно. Коля говорил, что раньше его душа была как холодная пустыня. А теперь рядом со Светой пустыня оттаяла, в ней расцвели цветочки….

– Минуточку! – перебила я в этом месте Светлану. – Мы же договаривались: никаких банальностей!

– Потерпите! И для моего уха то были вовсе не банальности, а сладостная песнь…

– Самца… – подсказал кто-то.

– Каков был припев у песни? – торопила я.

– Он сказал… – Света глубоко вздохнула, – что я – его всё.

– Не поняла.

– Ну, как про Пушкина говорят? Пушкин – наше всё! Коля руки к груди прижимает: «Светик! Ты – мое всё!» Вот и я решила, что для Коли я – то же всё, что Пушкин для русской литературы.

– В чем юмор?"

"– Утром проснулась, – Света глубоко и печально вздохнула, – а Коли и след простыл. Вместе с ним улетучились музыкальная аппаратура, золотые сережки и кулончик, деньги, спрятанные в морозильнике… Даже зонтиком и электробритвой, забытой мужем, не побрезговал!

– Словом, «ты – мое всё» имело вполне конкретное, а не куртуазное значение?

– Точно. Початую бутылку виски из бара стащил! А прикидывался непьющим!

Второе место присудили мне с «травматологическим» комплиментом. И рассказывать я буду подробнее, потому что свою историю помню в деталях, а чужие – схематично.

Травма – это Божья кара, доставшаяся тебе внезапно, незаслуженно, по ошибке, допущенной в небесной канцелярии. Я, примерная мать, гуляла с детьми в лесу, рассказывала им про деревья-кусточки. Перепрыгивала через маленький ручей, поскользнулась, упала – перелом руки. Наложили гипс. Ночью никакие обезболивающие не спасали. Рука раздулась, посинела и напоминала бутафорский муляж из фильма ужасов: с одной стороны белого цилиндра гипса торчали гигантских размеров фиолетовые пальцы, с другой стороны, от локтя и выше, – мощные распухшие бицепсы. Сил никаких не было терпеть, и я размотала гипсовую повязку, чтобы уменьшить давление на больной участок.

На следующий день пришла к врачу: сломанная рука и гипсовый кокон отдельно. Врач меня отругал, наложил новую повязку и велел терпеть.