«Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)

Голос, против обычного, не надрывный, а глухой и отчаянный:

– Вот вы говорили «фактов нет, фактов нет»…

– И вдруг появились? – зло усмехнулась я.

– Всегда были, только теперь мне их сообщают посторонние.

– Что именно, позвольте спросить?

– Вы… вас так влечет друг к другу, что… на глазах у всех… каждый обеденный перерыв… вместе.

– Чушь собачья! То есть правда, – запуталась я, – мы только обедаем вместе… о вас говорим, как разубедить…

– Да вы очень старались! Но напрасно.

– Вы неправильно меня понимаете! Ну сколько можно повторять, что с вашим мужем меня ничего не связывает?

Я горячилась, она не слушала. Я замолчала и едва разобрала бормотание:

– …на этом свете не вышло. Я ухожу в другой мир и буду проклинать вас оттуда…

Ксения Михайловна не положила трубку на рычаг, а, очевидно, уронила. Мне слышалась какая-то возня и шорохи. Я надрывала голосовые связки, звала ее по имени, вопила «алло! алло!». Ответа не было.

Набрала служебный номер Виктора Владимировича:

– Срочно поезжайте домой! Ксения задумала плохое. Адрес! Продиктуйте мне свой адрес, вызову «скорую».

– Зачем сразу «скорую»? – сопротивлялся он.

– Очнитесь, вы! Олух замороженный! Ваша жена на тот свет собралась и уже, наверное, отправилась. Адрес!

Дома усидеть я не могла. Металась из угла в угол, точно по моей реальной вине несчастье могло случиться. Выскочила на улицу, поймала такси и назвала адрес Козловых.

Врачи «скорой» уже стояли у двери. На их звонок никто не отвечал.

– Надо взламывать! – сказала я.

– Вы – родственница? Под вашу ответственность?

– Родственница, – соврала я. – Скорее! Торопитесь!

У водителя «скорой» нашелся ломик, которым дверь ловко и быстро открыли.

Ксения Михайловна хотела отравиться. Собрала весь немалый хранившийся в доме запас лекарств и выпила. Ее спасло то, что началась рвота, да и врачи вовремя подоспели. Я пряталась в соседней комнате, боялась, как бы моя физиономия не вызвала новый нервный приступ. С ужасом смотрела на гору коробочек, баночек и блистеров от пилюль. Чудовищно! Человек одной ногой стоял в могиле!

Виктор Владимирович приехал, когда Ксению Михайловну готовились выносить в карету «скорой помощи». Впервые я увидела на его лице игру чувств и эмоций. Он страшно испугался за жену: покрылся пятнами, а глаза приобрели цвет и выразительность. Не позволил уложить жену на носилки:

– Нет, нет, вы можете уронить! Я сам!

Взял ее, обморочно бесчувственную, на руки и понес вниз.

К слову сказать, Ксения Михайловна была под стать своему блеклому мужу. Худенькая невзрачная пожилая девочка. Откуда в тщедушном тельце вулканы страстей?

Через несколько дней Ксению Михайловну из отделения токсикологии перевезли в другую больницу – психиатрическую. Поставили диагноз – шизофрения.