Конфетка для ковбоев

Резко оказывается рядом, подхватывает Кэндис на руки, усаживая на выпирающий выступ на стене, накрывает ее губы своими.

Кэндис сидит на идеальной высоте, ее раздвинутые ноги и открытое лоно как раз на уровне эрекции мужчины. Она берет в руки его член, смотрит на крупную головку, проводит по стволу несколько раз. Шон двигается ближе, скользит головкой по половым губам.

— Потри моей головкой свой клитор, малышка.

Это звучит так чертовски порочно и возбуждающе, Кэндис разводит ноги шире, делает круговые движения членом по твердому бугорку, ноги начинают дрожать, дыхание учащается.

Шон стискивает зубы, смотрит на то, как малышка доставляет себе удовольствие, эмоции на пределе, он наряжен, в голове шум.

— Все, Конфетка, перестань, сейчас не выдержу.

Убирает ее руки, в тот же миг толкается, притягивая девушку за бедра, насаживая на себя. Она кричит, переполненная эмоциями и ощущениями, член ритмично вбивается, растягивая сеточки. Шон поднимает ее колени, входит резче и глубже, Кэндис цепляется за его плечи.

Горячий пар окутывает их тела, шум воды, стоны, вскрики.

— Ааааааа…..Шон…..боже.

— Да, малышка, кричи, кричи громче.

Крики Кэндис эхом отражаются от стен душевой, Шон готов кончить только от ее стонов.

— Потрогай себя, Конфетка, поласкай клитор.

Она опускает руку, быстро начитает его натирать, они оба смотрят на то, как член Шона утопает в ее киске, как пальчики кружат по набухшей вишенки клитора. Шон чувствует, как стеночки влагалища начинают сжиматься на его члене, спина девушки выгибается, видит, как ее тело начинает сотрясать оргазм. Кэндис запрокидывает голову, кричит. Смотреть на то, как кончает эта малышка, — уже чистое удовольствие.

Шон толкается так глубоко, как возможно, кончает сам, покрывая ее своим семенем. Тело долго не отпускает напряжение, но Шон медленно выходит из пульсирующего лона, скользит по щекам пальцами, нежно целует в губы.

– Я так люблю тебя, малышка."

"Кэндис замирает, смотрит прямо в глаза Шона, а в них уже не огонь, а такая нежность, которой она раньше не видела.

— Правда? — переспрашивает, словно ей послышалось.

— Правда, маленькая, очень люблю.

— И я люблю. Люблю тебя.

Целует, крепко прижимаясь к мужчине, обхватив его за шею, на глаза наворачиваются слезы. И откуда только они взялись? Что за ерунда такая с ней происходит, то дергается, то плачет.

— Что, что случилось? Почему ты плачешь? Больно?

— Нет, — улыбается, вытирая слезы. — Это от счастья.

— Все-таки зря мы забрали тебя из госпиталя. Надо было дождаться утра.

— Нет, не зря. Я сама хотела уходить, Рик не пускал. Я так разозлилась на него, но тут пришли вы.

Шон спустил девушку на пол, выдавил шампуня и начал намыливать ее волосы, было очень приятно.