Конец смены

До конца Хиллтоп-курт практически никто не доходит, ведь их дом последний. За ним поворот. Конечно, ходит почтальон, и курьеры из «Единой почтовой службы», иногда «ФедЭкс» с посылками, но так мы там на том конце улицы одни, разве если кто-нибудь заблудился…

— Так там совсем никого не было?

— Нет, сэр, я уверена — никого.

— И тот, кто дал миссис Эллертон игровое устройство, — тоже там не появлялся?

— Нет, он подошел к ней в «Риджелайн Фудс». Это продуктовый магазин под горкой, на пересечении Хиллтоп-курт и Сити-авеню. Далее еще за милю стоит «Крогер», на Сити-авеню-плазе, но Дженис туда не ходила, хотя там немного дешевле, потому что говорит, что надо всегда покупать поблизости, если ты… если… — Нэнси вдруг громко всхлипывает. — Но ведь она ходила за покупками повсюду, не так ли? О, я просто не могу поверить! Джен никогда бы не обидела Марти, никогда в жизни!

— Это очень печально, — говорит Ходжес.

— Мне надо сегодня же вернуться. — Теперь Элдерсон обращается скорее к себе, чем к Ходжесу. — Родственники приедут не сразу, видимо, а кто-то же должен обо всем позаботиться…

«Последний долг экономки…» — думает Ходжес, и эта мысль его трогает, а вместе с тем почему-то ужасает.

— Я хочу вас поблагодарить, что уделили нам время, Нэнси. Я вас сейчас отпу…

— Конечно же, там был тот пожилой мужчина… — говорит Элдерсон.

— Я его несколько раз видела возле дома номер 1588. Останавливал машину возле бордюра и стоял на тротуаре, словно осматривал дом. Тот, через дорогу и чуть вниз. Может, вы не заметили, но он продается.

Ходжес заметил, но не признается. Не хочет перебивать женщину.

— Как-то он зашел прямо на газон и заглянул в окно с эркером — это было перед последней большой метелью. Я думала, он организовал смотрины. — Она неубедительно смеется. — Моя мама, правда, говорила о таких «дурак думкой богатеет» — так как он точно не был похож на человека, которому это по карману.

— Ага. Он был в рабочей одежде — знаете, такие зеленые брюки и куртка теплая, залатанная маскировочной лентой. Ну и машина у него на вид очень старая, на ней слегка грунтовку из-под краски видно. Мой покойный муж называл её — «краской бедняков».

— А вы не знаете, какая это была машина?

Тем временем перелистывает блокнот на следующий лист и пишет: «НАЙТИ ДАТУ ПОСЛЕДНЕЙ БОЛЬШОЙ МЕТЕЛИ». Холли читает и кивает.

— Нет, к сожалению, я в машинах не разбираюсь. Даже цвета не вспомню — только те пятна грунтовки. Мистер Ходжес, вы уверены, что здесь нет ошибки? — почти умоляюще говорит она.

— Я бы и рад сказать, что это ошибка, Нэнси, но не могу. Вы очень нам помогли.

— Правда? — в голосе слышно сомнение.

Ходжес дает Нэнси свой номер, номера Холли и офиса. Просит выйти на связь, если вспомнит что-нибудь еще.