Конец смены

По одну сторону дорога к «Большому Бобу», а по вторую — в «Головы и шкуры». Не помню, какая куда, но там будет написано.

— Да, есть стрелки, — говорит Дуэйн. — «Большой Боб» справа, а «Головы и шкуры» слева. Я это знаю, потому что в прошлом году в октябре чинил крышу Большому Бобу Роуэну. У вас, мистер, видимо, что-то очень важное — чтобы в такой день туда ехать.

— Как вы думаете, я на своей машине там проеду?

— Конечно, — уверяет Дуэйн. — Сейчас деревья большую часть снега задерживают, а там до озера под горку. Тот отрезок, может, чуть сложнее.

Ходжес достает из заднего кармана кошелек (Боже мой, даже от этого больно!) и вытягивает полицейское удостоверение со штампом «На пенсии», а также визитки «Найдем и сохраним» и кладет все это на кассу:

— Господа, можете хранить тайну?

Те кивают, у них глаза горят любопытством.

— Должен повестку в суд передать, понятно? Это гражданское дело, и на кону семизначная сумма. Тот человек, который мимо вас проезжал на драном «шеви», — доктор по имени Феликс Бэбино.

— Мы его каждый ноябрь видим, — говорит дед Тёрстон. — У него такие амбиции, знаете ли, — всегда через губу с тобой разговаривает. Но он водит «бумер».

— Сегодня он водит то, до чего могут дотянуться руки, — говорит Ходжес. — И если до полуночи все не разрулю, дело закроется и одну бедную пожилую женщину лишат денег.

— Врачебная халатность? — спрашивает Дуэйн.

— Не очень хочу рассказывать, но вот за этим я туда и еду.

Вы это запомните, думает Ходжес. И имя Бэбино тоже.

— Тут у нас на заднем дворе есть парочка снегоходов. Могу вам одолжить, если хотите: у «Арктик Кэт» большое лобовое стекло. Ехать будет холодновато, зато точно обратно вернетесь!

Ходжеса такое предложение трогает — еще и от совершенно незнакомого человека, — но он качает головой. Снегоход — тварь шумная. Он считает, что тот, кто сейчас сидит в «Головах и шкурах» — Брейди или Бэбино, или какая-то их причудливая смесь, — знает, что он приедет. Ходжесу может сыграть на руку только то, что тот не знает, когда именно.

— Мы с напарницей поедем туда, — говорит он. — А уж как добраться оттуда, потом подумаем.

— Мы молчим, да? — говорит Дуэйн и прикладывает палец к улыбающимся губам.

— Точно! А можно будет кому-то позвонить, если мы застрянем?

— Звоните прямо сюда. — Тёрстон дает ему карточку с пластикового подноса, что возле кассы. — Я пришлю или Дуэйна, или Паука Уиллиса. Только не очень поздней ночью, и я за это сороковку попрошу — если речь идет о миллионах, то вы, видимо, можете себе это позволить?

— Здесь мобильные работают?

— Пять палочек даже в плохую погоду, — говорит Дуэйн. — У южного берега озера вышка стоит.

— Хорошо это знать.