Конец сказки

Подобрал с земли малый камешек – швырнул.

Да так швырнул, что ни из какой пращи так не выпустишь. Ожгло Бречиславу круп, точно другой бык рогом пырнул с размаху.

От боли он поднялся на дыбы. Глеба сотрясло, смахнуло с мохнатого горба.

Упал князь, покатился по грязи. Чуть шею не свернул.

Кащей смерил его пристальным взглядом. Узнал. Теперь узнал он этого человечка.

Сам князь Тиборский, надо же. Темник объединенной русской рати.

Лично на двобой вышел.

– По отваге и честь будет, – разомкнул сухие губы Кащей.

Вскинув меч, он шагнул… перенесся к Глебу. Тот опомниться не успел, как увидел перед собой трухлявого старика. С удивительной скоростью тот умел двигаться, невозможной.

Аспид-Змей взметнулся, полыхнул черным светом. Сунул Глеб руку за пазуху, но видел уже, понимал – не успевает.

Гибель пришла неизбежная.

Ан нет. Прежде, чем коснулся проклятый меч кожи, снова врезался в Кащея Бречислав. Тоже вовремя спохватился, доспел. Насадил на рога, встряхнул – и отбросил.

Сопя, наклонил буй-тур кудлатую башку. Из ноздрей вырвался пар.

– Готов будь, княже, – негромко бросил боярин. – Как пройдет он через меня, так и пыряй сразу. Да одолень не позабудь.

Глеб его уже достал, поднес ко рту. Одолень-трава, братом с острова Буян привезенная. Всего одна толика, всего на несколько минут.

С умом использовать нужно – второй нет и не будет.

Прекрасно Глеб понимал, что просто мечом он Кащея не убьет. Ему на одном только этом поле уж несколько раз и сердце пронзали, и голову отсекали – проку-то много ль?

Но он надеялся все же испробовать то, что не вышло у Муромца. Изрубить нежить на кусочки, да и продолжать пластать, покуда не набегут гридни, не повяжут вервием, не завалят камнями. Распоряжения нужные Глеб уже отдал, остатки дружины сплошать не должны.

Эх, жаль-то как, что воевода Самсон погиб! Вот кому бы сейчас пособлять!

Однако Кащей что-то не шел обратно в сечу. Хоть и восстановился почти сразу же. Смотрел, пустоглазый, на стучащего копытом Бречислава, прикидывал что-то про себя.

На самом деле Кащей рассчитывал, сколько времени отнимет убийство старшего сына Волха. Он оборотень все-таки. Причем матерый, крепко сбитый. С Кащеем Бессмертным ему, конечно, рядом не стоять, но повозиться может заставить.

А Кащею уже не хотелось возиться. Солнце на небоземе, меньше часа осталось до темноты. Нужно убить темника, потом расправиться с Всеволодом и еще парой человек – а остальные сами сдадутся или разбегутся.

А оставшееся его войско, да еще и навий легион – сразу на Владимир.

И пока он так рассчитывал – сзади раздался грохот. Будто лавина с гор сошла. И крики сразу, крики – а еще земля вздрогнула.

Впрочем, Кащей даже головы не повернул.

Кобалог. Кому же еще? Врезался в очередную самоходную печь, на кирпичи ее разнес.