Конец сказки

Тут и булгары на помощь подоспели. Перешли русичи сами в наступление, вновь стали теснить нелюдей к лесу. Сражение весь день с переменным успехом шло – то туда, то сюда, и ни за кем нет явного перевеса.

Мертвые падали один за другим. Крик, вой, звон мечей. Шмякались с небес горшки с грецким огнем, горели люди заживо. Осыпались пеплом из-за молний Кащея. Глохли и гибли от свиста Соловья. И не кончались все ужасы, не заканчивались.

На конях с собачьими головами скакали псоглавцы. Управляли они без поводьев, одними коленями. Вспрыгивали иные ловко не в седло даже, а просто на волосатую спину – и давай крутить-вертеть кривыми ножами! Кого и зубищами цапали, горла перегрызали.

Этим наперерез выехали поляницы, да витязи из братства меченосцев. Славный Бэв д’Антон поднял кверху копье – а по правую его руку ощерился верный Полкан. Тоже псоглавец, только не Кащея прислужник.

– Смерды явленные! – провозгласил Бэв. – Зрю чернь набегающу!

– Гррррррхррррр!.. – прорычал Полкан.

Его взгляд уцепился за псоглавьего вожака. Тот ведь тоже сразу выглядел Полкана, выехал из общих рядов – и глаза его налились кровью.

– Пррредатель!.. Пррредатель!.. – страшно взлаял Репрев. – Ррау!.. Ррау!.. Сссшавка!.. Ррау!.. Сссченок!.. Пес цепной!..

Полкан тоже зарычал, залаял – но уже на их, псоглавьем языке. Прожив большую часть среди людей, он так и не выучился ни единому человечьему слову.

Плохо собачьи глотки для того приспособлены, мало у кого получается. Во всем войске Кащеевом кроме Репрева такое умели только трое или четверо.

– Бррраар!.. Арра!.. Гррау!.. Арр!.. – рычал и скалился Полкан.

– Урру!.. Уру-ру!.. Оррро рра арра!.. Пррредатель!.. – отвечал Репрев.

Бэв невольно приостановился, смотря на этих двоих. Хотя и не столько на них, сколько на других псоглавцев – они сбирались вокруг Полкана и Репрева, лаяли и щерились.

Видно, связывало что-то псоглавьего вожака и старого друга Бовы.

Вот только что? Хоть и провел Бэв бок о бок с Полканом почти десять лет, но знал об оном прискорбно мало. Кто он, откуда? Говорить-то Полкан не говорил, изъяснялся знаками – да и это делал лишь по необходимости. Свое имя-то лишь на второй год знакомства сказал, да и то злился, что Бэв неверно его произносит.

Ну а как его верно произнести, коли по-настоящему Полкана зовут Уалк’Уау? Да с подлаиваньями, с переливами. Там совсем не по-людски нужно гортань изогнуть, чтобы такое выговорить.

Порычав друг на друга как следует, Полкан и Репрев стали съезжаться. Один на обычном коне, другой – на псоглавом. Псоглавый сразу тоже зарычал, зубами клацнул – и обычный от того захрапел, назад подался.

– Ррау!.. Ррау!.. Беги!.. Беги быстррро!.. – фыркнул Репрев. – Спасайся!..

И не подумал Полкан спасаться. Рявкнул на Репрева зло, ощерился.