Конец света отменяется

Толкнула дверь – та легко открылась. Пошарила по стене – вспыхнул тусклый желтый свет, и девчонки поняли, что им повезло. Это была «санитарная» комнатушка: у стены красовались два низко расположенных крана, рядом выстроились швабры и старые ведра.

– Поворачивайся! – Кисонька намочила ладонь и принялась стряхивать крошки обивки с Катькиных шортов. Получалось по-прежнему плохо. – Катя, стой ровно, я же ничего не могу сделать, когда ты так дергаешься!

Девочка взялась обеими руками за вделанный в стену деревянный стеллаж. На полках валялись лысые щетки, драные мочалки, банки из-под хлорки – старые, как и сам пансионат, – и пара вполне современных флаконов моющих средств. У Катьки перед глазами оказался пластиковый чемоданчик с нарисованными на крышке цветными брызгами фейерверков.

– Какой идиот додумался здесь петарды держать? Они же отсыреют, – хмыкнула Катька и попыталась поднять крышку. Не получилось – чемоданчик был заперт.

– Там наверняка их давно нет, – Кисонька бросила короткий взгляд на Катькину находку и вернулась к чистке шортов.

Катька снова подергала крышку – она обожала фейерверки, ее неудержимо влекло ко всему, что рассыпается трескучими огненными фонтанами и вспыхивает на фоне темных небес разноцветными звездами. Сейчас руки сами тянулись к украшенному картинками многоцветных огней чемоданчику. Не слишком задумываясь, что делает, она крепко прижала крышку пальцами… и стукнула кулаком по боковинке чемоданчика. Так она вскрывала Вадькин ящичек с инструментами, когда нужно было грабануть запасливого братца на батарейку.

Чемоданчик крякнул… и открылся.

– Петарды! А ты говоришь, нет ничего! – возмущенно объявила Катька, разглядывая пиротехнику. Она бережно достала толстую яркую петарду, вытащила тонкую длинную палочку «римской свечи». – Брусочки… Никогда таких не видела!

Катька повертела небольшой, меньше ладони, невзрачного вида брусочек с тянущимся от него пучком проводов. Брусок чуть проминался под пальцами, будто твердый пластилин.

– Тебя мама не учила не лазить по чужим вещам? – шикнула Кисонька.

– Учила! – с вызовом согласилась та. – А потом я стала работать в детективном агентстве, и там меня научили подслушивать, подглядывать и лазить по чужим вещам тоже!

– Брату не говори. Он твердо намерен отдыхать от расследований до самого возвращения в город. Больше я сделать не могу, только стирать. – С тяжким вздохом Кисонька оставила Катькины шорты в покое.

Катька небрежно захлопнула чемоданчик – замки звучно щелкнули. Извернулась, разглядывая себя сзади.

– Ладно, вдруг мама не заметит? – пробормотала она, хотя надежда была маленькая, испачканные или порванные вещи Надежда Петровна засекала моментально.