Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет!

Идея пришла внезапно. Я, словно лампочка, загорелась ею. Для начала расчертила на квадраты холст. Создам, как в комиксах, историю в картинках. И, выводя на холсте первые линии, я не переставала ухмыляться. Определенно шалость мне нравилась. А что творческому человеку нужно для создания шедевра? Правильно, вдохновение! И оно у меня было, даже в избытке.

Закусив губу, принялась с упоением рисовать. Под моей рукой оживали картинки. Вот ярмарка, веселая Самира с подругой и ее влюбленный взгляд из-под ресниц на Себастьяна с сестрами. Следующая, где уже его сестры с напыщенным видом показывают, что она их брату не пара. Вот убегающая в слезах Самира едва не попадает под копыта жеребца. На следующей – всадник везет на коне девушку. Он заинтересован, а у нее на лице откровенный страх."

"Помолвку я изобразила как их соединенные руки, князь свысока смотрит на девушку, а она отворачивает от него лицо, всем видом показывая, что этого не хочет. Потом Самира на балу, и вокруг нее толпятся кавалеры. А князь в бою рубит врагов. Кровь черными кляксами летит из-под его меча во все стороны. На голове изобразила ему шлем, с огромными рогами. Да-да, рогаты вы, батенька, рогаты. И как итог – разгневанный князь и у его ног сжавшаяся от страха фигурка девушки. Потом высокая башня, и уже Самира лежит без движения на каменном ложе в запустении. Я нарочно нарисовала на стенах побольше паутины, чтобы показать, как много времени прошло.

А вот уже я проснулась, на лице растерянность, ничего не понимаю. Встреча с князем, когда он опять нависает и обвиняет меня во всем. И следующая сцена, где я даю ему отпор и не желаю чувствовать себя виноватой. И вот он отсылает меня от себя, указывая взять под стражу. Я взаперти, за дверями охрана, а перед моим окном девушка сворачивает шею лебедю, показывая, как сильно мне здесь не рады.

Фух! На этом моменте я выдохлась. Никогда так много не рисовала, но это был такой порыв, что не могла ему противиться. Нужно было выплеснуть хотя бы на холст одолевающие меня эмоции.

Получилось, и правда, как в комиксах. Раньше мне хорошо удавались шаржи, и князь вышел весьма колоритным, настоящим антигероем – злым, напыщенным, самовлюбленным. Его откровенно хотелось попинать, а девушку пожалеть.

Оставались еще пустые квадраты, намекая, что история не закончена. Я хихикнула, решив потихоньку туда добавлять, а пока отвернула холст к стене. Все нарисованное здесь – личное. Да и слуги, увидев такое, в обморок еще грохнутся. Думаю, тут не принято столь откровенно высмеивать власть имущих.

К тому же я не любила, когда мою работу видят до ее завершения. Это еще со школы было, всегда раздражало, если заглядывали через плечо, высматривая, что же я там делаю.