Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Но дворник Курочкина утверждает, что видела Олега выходящим со двора с черной сумочкой под мышкой. И ей нет основания не верить. Значит, остается допустить, что Олег Седых в тот день ухитрился быть одновременно в двух местах. Мистика? Но вот в мистику-то Андрей Аверьянович как раз и не верил, и вся эта несуразица только подтвердила выводы, которые стали упрямо напрашиваться с того момента, когда он покинул квартиру Седых.

9

На этот раз ему досталась пятая комната, но она ничем не отличалась от седьмой. И Олег был по-прежнему насторожен и недоверчив.

— Вы знаете, — садясь против Олега, начал Андрей Аверьянович, — что ученики вашего класса прислали в прокуратуру письмо?

— Знаю.

— Откуда вы это узнали?

— Мама сказала.

— Хорошее письмо, убедительное. Они, ваши товарищи, совершенно определенно заявляют, что Олег Седых не мог ограбить старуху.

Олег пожал плечами. — Никто не верит… почти никто, — поправился Андрей Аверьянович, — в то, что Олег Седых мог совершить преступление. И ваши товарищи, и родители. И ваш брат. Вы, конечно, знаете, что он болен.

— Знаю.

— И лишены возможности навестить его. Вы же любите брата?

— Люблю.

— Не повезло ему, — вздохнул Андрей Аверьянович.

— Не повезло, — согласился Олег. — Ему вообще не везет в жизни, — с горечью произнес он. — В школе его считали зазнайкой, а никакой он не зазнайка, просто он не переносит неправды, несправедливости. Он очень способный, а в технологический институт не попал: поспорил на экзамене с преподавателем, его срезали. Пошел в пединститут на физмат. Но это же не его призвание. И вообще…

Олег внезапно умолк, оборвав себя на полуслове.

— Может быть, брату нужны были деньги, и вы для него… — начал Андрей Аверьянович.

— Нет, нет, — быстро перебил Олег, — он ничего не знал.

— И ни о чем не просил?

— Ни о чем.

— Ну хорошо, оставим эту материю. Поговорим о чем-нибудь более интересном. О литературе, например.

На этот раз в глазах у Олега читалось откровенное удивление.

— Не удивляйтесь, — улыбнулся Андрей Аверьянович, — мне предстоит вас защищать, и я хочу знать о своем подзащитном как можно больше, а сфера литературных привязанностей и увлечений — это в общем-то и моральная сфера. Можно, например, строить защиту в том смысле, что молодой человек начитался детективных книжек, и авторы этого чтива должны в какой-то мере разделить с ним вину за содеянное. Но у меня нет оснований для таких выводов и построений: вы, насколько мне известно, не увлекались приключениями сыщиков. Так ведь?

— Так, — согласился Олег.

— Даже такими классиками этого жанра, как Эдгар По и Конан Дойль, вы не зачитывались?

— Нет, — подтвердил Олег.

— Но иногда брали их в библиотеке?

— Брал.